Но было видно, что он не теряет голову от страсти, держа под контролем и себя, и ее.

— Знаешь, я вел себя как законченный эгоист.

Он нагнулся к ключице и слегка прищемил кожу зубами. Затем нежно провел бархатным языком и спустился к груди.

— Я еще ни разу не взял тебя по-настоящему.

— Сильно сомневаюсь на этот счет, — хрипло ответила она.

Он расхохотался, обдав жарким дыханием ее кожу. Отдышавшись, покрыл частыми поцелуями грудь, а затем вобрал сосок в рот прямо сквозь кружевную ткань. Бэт выгнулась в дугу, почувствовав, что между ног прорвало плотину.

Рэт приподнял голову и улыбнулся в предвкушении.

Спустив бретельку, он отвел чашечку в сторону. Сосок еще больше сморщился, подавшись навстречу. Бэт наблюдала, как темная голова припала к ее бледной коже. Блестящий розовый язык высунулся изо рта и лизнул грудь.

Когда ее бедра раздались в стороны сами по себе, Рэт снова рассмеялся. Это был торжествующий смех мужчины, уверенного в своей власти.

Он приподнял подол ее платья и скользнул рукою вверх по бедру. Добравшись до края трусиков, Рэт запустил руку под резинку.

Кончиком пальца он погладил низ живота и остановился в дюйме от места, которое жаждало его ласки и изнывало от ожидания.

— Больше, — простонала Бэт. — Я хочу еще больше.

— Будет тебе еще больше.

Ладонь полностью скрылась под черными кружевами. Когда его пальцы накрыли горячую, влажную плоть, Бэт вскрикнула.

— Да, кстати, давно хотел у тебя спросить…

Растеряв остатки сознания и поглощенная его прикосновением, она с трудом очнулась.

— Мм?

— Хочешь узнать, какова ты на вкус? — прошептал он, не отрываясь от ее груди.

Чтобы уточнить, что он имеет в виду не рот, Рэт глубоко погрузил в ее тело палец.

Она вонзила ногти сквозь тонкий шелк ему в спину.

— Как спелые персики.

Его губы спускались вниз, щекоча кожу и лаская живот.

— Как будто я ем персики. Всасываю нежную, бархатистую мякоть губами и языком, когда же глотаю ее — нет ничего мягче и слаще.

Она застонала, находясь на грани оргазма и полной потери рассудка.

Быстрым движением Рэт подхватил ее на руки и перенес на кровать. Уложив на спину, он мягко боднул ее головой и раздвинул бедра, затем прижался горячим ртом к черным кружевам.

Она судорожно всхлипнула и запуталась пальцами в его волосах. Рэт сорвал кожаный ремешок, темные пряди скользнули по ее животу, как крылья ястреба.

— Совсем как персики, — сказал он, стягивая с нее трусики. — А я персики обожаю.

Пугающе прекрасный свет его глаз вспыхнул и опалил ее тело. После чего Рэт снова опустил голову.

Спустившись в лабораторию, Хаверс некоторое время мерил ее шагами. Слышно было, как кожаные мокасины шлепают по белым плиткам пола. Сделав два круга, он подошел к рабочему столу. Погладил блестящую трубку микроскопа. Скользнул взглядом по шеренге стеклянных мензурок и пузырьков. Прислушался к гулу холодильников и размеренному урчанию вытяжного шкафа, вдохнул больничный запах дезинфицирующих растворов.

Научная обстановка напомнила ему о высшем предназначении: о торжестве разума.

Хаверс относил себя к числу благородных и образованных вампиров. Сдержанных в проявлении чувств и логично реагирующих на внешние раздражители. Но сейчас он не мог совладать с собой. Гнев и ненависть перехлестывали.

В голове крутились мрачные мысли. И все об одном. Об убийстве.

Кого он хотел обмануть? Только замахнись на Рэта ножом, сам же и останешься лежать, истекая кровью.

Тут нужен профессионал, способный подобраться к воину поближе.

Пришедшее на ум решение оказалось на удивление простым. Сразу стало ясно, куда идти и кого искать.

Радостно улыбнувшись, Хаверс повернулся к двери.

Но вдруг замер, поймав свое отражение в зеркале над широкой лабораторной раковиной. На него смотрел незнакомец. Бегающие глазки поблескивали от нетерпения. Лихорадочный румянец на лице и мерзкая ухмылка от предвкушения мести.

Господи, может ли быть, что это он, Хаверс?

Как мысль об убийстве могла прийти ему в голову? Он же врач. Целитель. Его долг — спасать жизни, а не отбирать их.

Марисса сказала, что все кончено. Она разорвала соглашение и рассталась с Рэтом навсегда.

Но неужели она не заслуживает того, чтобы за ее честь отомстили?

Сейчас самое время нанести удар. Марисса ничем не рискует, подход к Рэту свободен.

Хаверс почувствовал, как по телу пробежала дрожь. Он решил, что это лихорадка от грандиозных планов. Но тут земля ушла из-под ног, и ему пришлось ухватиться за стену, чтобы сохранить равновесие. Комната завертелась колесом, и Хаверс упал на стул.