История о Множественниках, их короле Мандрильоне, Советчике его Совершенном и Трурле-конструкторе, который сперва Советчика создал, а потом погубил
«Кибериада» — это сказки, мифы, предания, поучительные истории, которые роботы рассказывают роботам и где все персонажи — тоже роботы. Больше всего такого рода историй связано с именами двух друзей — гениальных конструкторов Трурля и Клапауция. Они путешествуют по всему Космосу и берутся за решения задач, которые невыполнимы для других.
«История…» представляет собой первую часть из «Сказки о трех машинах-рассказчицах короля Гениалона» («Historia o Wielowcach, ich krуiolu Mandruldnie, jego Doradcy Doskonaіym oraz Trurlu-konstruktorze, ktуry Doradce najpierw stworzyі, a potem zniweczyі» (Z «Bajki o trzech maszynach opowiadajcych krуla Genialona»). — Lem S. Cyberiada. Krakуw, 1972).
Держава Множественников знаменита своими жителями, кои тем отличаются, что уж больно их много. Однажды конструктор Трурль, бороздя шафрановые окрестности созвездия Делиры, сбился несколько с курса и заметил перед собою планету, которая как будто вся шевелилась. Снизившись, понял он, что причиной тому покрывавшие ее толпы, и приземлился, не без труда отыскав несколько квадратных метров сравнительно свободного грунта. Мигом набежали отовсюду туземцы и окружили его, подчеркивая, как много их тут. Поскольку, однако, голосили они все разом и наперебой, Трурль довольно долго не мог их понять. Поняв же, спросил:
— Неужто взаправду так вас много?
— Взаправду! — заверещали они с неслыханной гордостью. — Мы неисчислимы.
А другие:
— Нас тут что маковых зерен!
— Что звезд на небе!
— Что песчинок! Что атомов!
— Допустим, — ответил Трурль. — Вас много, но что с того? Может, вы без устали пересчитываетесь и находите в этом удовольствие?
А они ему:
— Необразованный ты чужеземец! Знай же: стоит нам топнуть ногой — и содрогаются горы, стоит нам дунуть — и такой подымается ветер, что деревья валит, как спички, а ежели мы разом усядемся, никто ни рукой, ни ногой шевельнуть не сможет!
— А кому это надобно, чтобы горы дрожали, страшный ветер деревья выворачивал с корнем и никто ни рукой, ни ногой шевельнуть не мог? — удивился Трурль. — Не лучше ли, если горы стоят спокойно, ветра нет и каждый чем хочет, тем и двигает?
Страшно они возмутились пренебрежением Трурля к великому их числу и численному величию. Топнули они, дунули и уселись, чтоб ему показать, как много их тут и что из этого следует. Тотчас земля затряслась и рухнула половина деревьев, придавив сидевших под ними; налетевший вихрь повалил остальные, расплющив в лепешку еще семьсот тысяч народу; а те, что остались в живых, ни рукой, ни ногой шевельнуть не могли.
— Боже мой! — ужаснулся Трурль, как кирпич в стенке застрявший среди туземцев. — Вот горе-то!
Но оказалось, что этим он уязвил их еще сильнее.
— Неотесанный ты чужестранец! — загремели они. — Что значит потеря нескольких сот тысяч для Множественников, коих никто исчислить не в силах! Да можно ли вообще считать потерею то, чего и заметить нельзя? Ты убедился, сколь могущественны мы притопом, дутьем и присядом, а что было бы, возьмись мы за дела поважнее!
— И в самом деле, — заметил Трурль, — не думайте, будто образ мышления вашего мне непонятен. Уж так повелось: все огромное и многочисленное вызывает к себе уважение. К примеру, прогорклый газ, вяло блуждающий по дну полусгнившей бочки, никого не прельщает; но пусть его наберется на Галактическую туманность — и все тотчас приходят в изумление и восторг. А это ведь тот же самый, прогорклый и зауряднейший газ, только что очень его там много.
— Речи твои не по душе нам! — закричали они. — Не желаем мы слушать о каком-то прогорклом газе!
Трурль огляделся в поисках стражей порядка, но при такой давке полиция не могла протолкнуться.
— Любезные Множественники! — сказал он тогда. — Позвольте мне покинуть вашу страну, ибо не разделяю я веры в великолепие многочисленности, за которой ничего, кроме числа, нет.
Они же, переглянувшись, ударили палец о палец, чем вызвали такое завихрение атмосферы, что Трурля подбросило под облака, и долго летел он там, кувыркаясь, пока не упал на землю. Тут он увидел, что находится в саду королевского замка и прямо к нему направляется Мандрильон Наибольший, повелитель Множественников. Король с интересом следил за полетом и падением Трурля, а теперь обратился к нему со словами:
— Дошло до меня, чужестранец, что ты проявил недостаточно уважения к бесчисленному моему народу. Отношу это на счет твоей умственной темноты. Не постигая, однако, высоких материй, ты, говорят, приобрел кое-какую сноровку в вопросах технических, менее важных; оно, пожалуй, и к лучшему, ибо я нуждаюсь в Совершенном Советчике, а ты мне его построишь.
— А что должен уметь Советчик и что я получу за него? — осведомился Трурль, отряхиваясь от пыли и глины.
— Он должен уметь все: отвечать на любые вопросы, решать любые задачи, давать советы наилучшие из возможных, словом, повергнуть к стопам моим наивысшую премудрость. За это я подарю тебе сто или двести тысяч моих подданных — лишняя пара тысяч не в счет.
«Как видно, — подумал Трурль, — чрезмерная численность разумных существ небезопасна, ибо она уподобляет их простому песку; и легче этому королю расстаться с мириадами своих подданных, чем мне с изношенным башмаком». Вслух же сказал: