– К сожалению, не получится. Не думайте, что мы не работаем. Как только на Леню Махно дали наводку, наши оперативники сразу же поехали к нему на квартиру. Нам ведь все равно, авторитет он или нет, если засветился – отвечай. И там был обнаружен труп гражданина Орешкина – такова его настоящая фамилия. Его кто-то убрал совершенно спокойно и совершенно профессионально.

– А вместе с ним исчез и ответ на вопрос, кто взъелся на нашу семью. На меня в частности. Да что там говорить – на моего мертвого отчима. И бедному Владиславу досталось даже на том свете! – ахнула Элина.

– Я уже в курсе, что взрыв был не случайным, направленным на определенную могилу, – сказал Джон. – Знаю и то, что моего брата убили год назад. И изъяли из его тела органы. А врача, которого Влад видел и который, собственно, мог провести забор органов, тоже убили.

– Это не доказано! – встрепенулся было Валерий Николаевич. – Хотя… В свете последних событий все может быть.

– Да не «может быть», а так и было! – завелась Элина. – Владислава убили, и нынешний приезд Джона не имеет к этому никакого отношения! Все началось много раньше – год назад еще. Неужели не найти никаких концов?

– Мы работаем. Нам об этих концах только сейчас стало известно, а год назад смерть господина Ерохина не выглядела убийством, никто ее и не расследовал. Такие вещи и по горячим следам не всегда удается раскрыть, а тут уже столько времени прошло!

– Но нас вы будете задерживать? – спросила Элли.

– С какой стати? Нет, конечно, – смутился Шляпин.

– Надеюсь, уголовников вы не отпустите?

– Тех, кто покушался на тебя? Конечно, нет. Они сознались, что собирались тебя убить. В очередной раз пойдут в тюрьму, ведь уже не единожды судимы. У меня только одна просьба будет… – Следователь замялся. – Можно побольше автографов для наших девочек из следственного отдела. И для моей жены тоже? Все поголовно в вас влюблены. Хорошо, что вас мало и на всех не хватит.

– Не хватит, это точно, – рассмеялся Джон и начал быстро подписывать стопку бумажек.

Элли почему-то подумала, что ей необходимо к этому привыкать, словно она всю жизнь собралась провести с ним.

– И еще раз – спасибо, – сказал следователь.

– За что? – уточнил Джон.

– За то, что не сказали, что в кувшине водка была. Ребята приготовили, у нас тут у одного парня день рождения… начальник убил бы! – улыбнулся следователь мальчишеской улыбкой.

Элли и Джон вместе вышли от следователя, наконец-то вдыхая полной грудью свежий воздух.

– Перекусим? – предложил актер.

– Давай. Что-то я тоже проголодалась с такими-то переживаниями…

Они свернули за угол и пошли по широкой улице, решив зайти в первое же приличное кафе или в ресторан. Таковым заведением оказался трактир «Якорь», где все внутри было сделано под интерьер старой шхуны. Окна – как иллюминаторы, дощатый пол – как палуба, стены и потолок обиты деревянными панелями, светильники в виде парусов, по стенам фотографии старинных парусников и спасательные круги. Официантки были одеты в соответствующую форму – короткие черные юбочки и тельняшки, на шее повязаны маленькие красные галстуки, похожие на пионерские.

– Нам по ухе и по жаркому с филе тунца и лосося, – решила Элли, ознакомившись с меню. – Раз уж тут такая рыбная направленность, надо и есть рыбу.

– Согласен, – кивнул Джон. – Еще хлеб и минеральная вода.

– Извините, а вы знаете, что очень похожи на одного американского актера? – обратилась к нему девушка-официантка.

– Знаю, мне все говорят, – кивнул господин Ерохин.

Девушка убежала, а Элли задумчиво произнесла:

– А тебе легко прятаться от фанатов именно в России. Ты не снимался в российских фильмах, тебя здесь знают исключительно как иностранного актера, никто и не думает, что ты это ты. Тем более что ты хорошо говоришь по-русски. Все считают, что просто похож на голливудскую звезду.

– Я это уже заметил, – усмехнулся Джон.

– А у нас сняться ты не хотел бы? Хотя что я спрашиваю – после Голливуда-то…

– Если честно, я не хотел бы сниматься нигде больше. Да и с российским кинематографом я не очень хорошо знаком.

– Это тебе повезло, – покачала головой Элли. – Ты бы на досуге включил телевизор.

– Пока некогда было, – засмеялся Джон. – Но в детстве я любил смотреть комедии. Рязанова, например…

– Вспомнил! – фыркнула Элли. – Сейчас у нас увлечены сериалами про ментов да бандитов, а еще «любовными», где все персонажи с пластмассовыми лицами, а сюжет с классическими потерями памяти и рождением детей не от официального отца ребенка. Умора! Где только материал такой берут?

– А где берут тех, кто соглашается сниматься в подобной ерунде? – засмеялся Джон.

– Да у меня ощущение, что просто с улицы… Говорят, так часто и происходит.

– Обязательно посмотрю современные сериалы, ты меня заинтриговала, – сказал Джон.

– А если серьезно, спасибо, что вернулся и выручил меня! Не знаю, что бы я без тебя делала.

– Ерунда! Значит, так и должно было все произойти. Я совсем недавно обрел тебя, то есть хоть каких-то родственников, и не могу себе позволить потерять тебя.