— Я не смотрю телевизор, — отвечаю, глядя на темный экран: могут ли безликие наблюдать за мной через выключенный телевизор? — Зачем вы спрашиваете? Какое это имеет отношение ко мне? И почему вы так испуганы?

— Если бы вы смотрели новости, то знали бы: когда Хоккеист убивает, он калечит тела. — Доктор хмурится и продолжает: — Уничтожает лицо: кожу, мышцы, кости — всё.

Вот вам пожалуйста. Маньяк разгуливает на свободе, и потому достаточно малейшего намека, чтобы хлынул поток подозрений. Я все тот же человек, но при этом в глазах врачей уже не просто обычный пациент, а психопат и возможный убийца.

— Я не делал ничего плохого.

— Мы и не утверждаем, что вы что-то такое делали.

— Вы считаете меня убийцей, иначе не заговорили бы об этом.

Нужно убираться отсюда. Бежать, пока не стало слишком поздно.

— Мы ничего не думаем, Майкл, никто вас ни в чем не обвиняет…

Вскакиваю, заставая врачей врасплох. Успеваю преодолеть лишь половину расстояния до двери — санитар хватает меня. Следом набрасывается персонал. Дерусь, как загнанный зверь, бешено лягаюсь. Под ногой раздается жуткий хруст, слышу стон одного из врачей. Все кричат, зовут сестер с успокоительным. В этой ситуации я могу только одно — укусить руку, обхватившую меня за грудь.

— Принесите зипрасидон!

— Фрэнк, держи его крепче!

На краткий миг хватка ослабевает, успеваю приподняться. Тут же кто-то хватает за руку, почти выворачивает ее из сустава. Вою от боли. Ноги резко слабеют. В отчаянии я жалобно хнычу.

В комнате появляются новые люди. Меня подхватывают и укладывают в кровать. Потом чувствую укол — в вену закачивают успокоительное. Времени не остается.

— Пожалуйста, — молю я, — вы должны увезти меня отсюда! Я не тот, за кого вы меня принимаете, а они будут здесь в любую минуту.

Врачи начинают кружиться перед глазами. Пытаюсь сфокусировать на них взгляд, даже щурюсь, но они исчезают вообще.

— Найдите доктора Ванека, — доносится голос.

Кажется, это Мюррей.

Чувствую что-то у себя на руках и пытаюсь их поднять и осмотреть, но не могу пошевелиться. Голова весит тонну, десять тонн, но я заставляю себя сделать усилие и поднимаю ее, поднимаю достаточно, чтобы увидеть тело.

— Он отключается слишком быстро. Сколько вы ему вкололи?

— Стандартную дозу. Так быстро она не должна действовать.

— Он почти не двигается.

Голова пуста, как воздушный шарик. Тело соскальзывает в туннель, вытягивается, словно пластилиновое. Мне необходимо увидеть кое-что: кто-то стоит в задней части комнаты. Снова щурюсь. С трудом выбираюсь из туннеля, борюсь ради одного взгляда и… Вот оно.

Человек без лица.

Они нашли меня.

Просыпаюсь с криком, неожиданно, будто и не спал. Кажется, что человек без лица все еще здесь, приближается ко мне. Нет, его я не вижу, комната пуста.

— Опа, — раздается женский голос, заставляя меня снова закричать. — Как дела?

— Кто там?

Ориентируюсь плохо, подаюсь вперед в поисках говорящего. Прочные кожаные ремни сковывают руки и заставляют упасть.

— Спокойно, — снова доносится ее голос. Уж не Люси ли это? — Ну-ну, тихо. Вам что, кошмар приснился? — Она делает шаг и оказывается в поле зрения.

Это не Люси. Незнакомка молода, приблизительно того же возраста, вот и все сходство. Такой жакет Люси ни за что бы не надела.

— Меня зовут Келли Фишер, я репортер из «Сан». Не хотела вас напугать.

— Что вам нужно?

Медленно сосредоточиваюсь. Мозг словно бы только сейчас начинает просыпаться.

Осторожно проверяю ремни: ноги связаны так же плотно, как и руки, — свобода движения всего лишь несколько дюймов. Темный глаз выключенного телевизора угрожающе нависает над кроватью.

— Я пишу статью о Хоккеисте, — говорит женщина. — Мне стало известно, что вы, возможно, что-то о нем знаете. Вот и я подумала: может, ответите на мои вопросы.

Откуда ей известно, кто я? Откуда ей вообще что-то обо мне известно? Разглядываю журналистку в поисках подсказки. Для начала у нее есть лицо. И большая сумка. Неужели она из них? Или работает на безликих?

Прищуриваюсь:

— Как вы меня нашли?

— Одна из медсестер — моя подруга. Если подворачивается серьезная тема, она всегда сообщает.

— Это я — серьезная тема?

— Вы находитесь под следствием в связи с убийствами Хоккеиста, — выдает Фишер.

— Отлично! — Я всплескиваю руками. Вернее, пытаюсь это сделать, но ремни не позволяют. Закрываю глаза и тихонько рычу. — Мне нужно выбраться отсюда.