Господь, когда «заповедует» нам, показывает, кем и чем Он сам является и чьим подобием мы должны стать. И когда говорит Господь: «Не судите, да не судимы будете» - это означает, в каком-то смысле, что Господь не судит. Мы свободны, и Господь не судит нас за каждую мелочь. И действительно, Христос говорит: «Сын человеческий не пришел судить мир, но чтобы мир через Него спасся». И если Этот, через которого мир спасается, будет моим судьей на страшном суде - поймите, кто этот судья! Это Тот, кто ценой своей крови спас нас от нашего греха и смерти. Какой выкуп мы можем заплатить такому судье? Тем более что и выкуп уже заплачен - это Он сам. Таким образом, Заповедь Божья - это открытие, это то подобие, если верно это понимать, в которое мы должны прийти. И если хотите, то даже не говоря уже об ошибочном понимании Заповеди как приказа, мы можем воспринимать Заповеди Господни как исповедь Господа. Это Господь, исповедующийся Адаму о том, каков Он есть. И когда мы исповедуемся Господу такими, каковы мы, несмотря на то, что Господь свят и вечен, а мы грешны, смертны и безобразны, на первый взгляд, всё-таки мы становимся богоподобными. Да, конечно, кроме прочего необходима чистая исповедь, чтобы стать подобными Ему, потому что Господь исповедуется искренне. И если мы исповедуемся искренне, то следуем за Господом в какой-то мере. Может прийти мысль: «А, Господу выгодно так, потому что он красив и всесилен, а я безобразен!» Оставь, потому что твоё уродство сам Господь носил на Кресте Своём. В этом Его любовь к нам. К слову, один священник, будучи моим духовным чадом, исповедал мне, что в момент крайнего духовного кризиса (здесь я опять хочу подойти к вопросу об отчаянии), взывал ко Господу о своих грехах, в полном бессилии, не дерзая уже взирать на небо. Я получил эту исповедь в письме, т.к. мы жили тогда с ним в разных странах. Так вот, в этот момент будто кто-то в его душе произнёс: «Любовь моя более твоего греха». И этими словами он умиротворился, но не знал, правда ли это. Я же ему подтвердил, что слово это было ему от Господа. Потому что, действительно, любовь Божья превышает всякий наш грех. Святой Силуан говорит: «Все наши грехи не более, чем капля воды в океане, а океан - это любовь Господа». А признаком того, что данное слово было этому священнику от Господа, явилось то особенное чувство умиротворения, возвращение в его сердце любви Божией, а не чувства разочарования в Господе.

Что касается слов «Боже Мой, Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?» (Матф. 27:46), скажу откровенно, что не смогу полностью вам ответить на них, но постараюсь направить вашу мысль так, как я видел это у нашего духовника о.Софрония, как говорил он. Во-первых, я понимаю, что это момент, когда Иисус действительно переживал как человек, страдала вся его человеческая сущность. Он не позволил Илии снять себя с креста, не позволил себе своей Божественной силой сойти с Креста - той самой силой, которой недавно превращал камни в хлеб, но почему? Потому что те, кто были по левую и правую сторону от него, не могли сделать этого, так же как ни ты, ни я, будучи там, не смогли бы. И Он реально переживал до конца наше человеческое состояние. В этом солидарность Господа с человеком даже и во грехе его; Он же сам как Господь - безгрешен. Он не боялся скомпрометироваться грехом, а все напасти и падения, которые означали грех для человека, понёс как Господь и искупил, лучше сказать - победил их. Своей же победой Господь открыл нам путь к спасению. Т.е. фраза «Господи, Господи» показывает нам бессильного человека, который в своём грехе беззащитен и навечно отдалён от Господа. Может быть она представляет нам тот момент, когда Господь обратился ко Святому Силуану со словами, здесь я перефразирую: видишь себя в этом вечном аду, бесы вокруг тебя. Пятнадцать лет ты боролся еженощно и не можешь от них спастись. Молишься, иногда встаёшь, и снова бесы побеждают… - Так держи ум во аде и не пытайся избежать этого ада - видишь, что это невозможно. Осуди себя на этот ад, это твоя реальная судьба как грешника, но… не отчаивайся! Не как запрет, а как завет. В этом «не отчаивайся» из слов Святого Силуана следует, что он переживал их как заповедь. Господь заповедует мне что-то, и попробую я сделать это, и посмотрим, как поступит Господь. И вот откровение Святого Силуана: «Я начал делать так, как мне повелел Господь. Ум мой очистился, и дух исповедовал в сердце моём спасение». Что значит «я начал»? Делание Господа то же самое, что и 2000 лет назад, когда кто-то на кресте сказал: «Помяни меня, Господи, когда приидешь в Царствие Твое!» (Лук.23:42). Что же ответил Господь? «Сегодня будешь со мной в Раю».

Так работает Господь. Начинаешь творить божье дело и видишь, что оно действенно, сразу непременно что-то происходит. И часто чем сильней кризис, тем более всеобъемлющий ответ получаешь. Хотел бы добавить, вы говорите о моментах, когда мы достигаем пределов наших сил и, дерзаю сказать, даже идём за эти пределы. Не могу дать вам формулы, т.к. её нет, и поиски этой формулы выхода отобразились в падении Адама. Т.е. не жди, что Господь сделает что-то для твоего обожествления, мол, ешь это, и автоматически откроются твои глаза и станешь, как Бог… Этого не существует. Формула, формализм, форма - ничто из этого не спасает. Спасение - это твоё взаимообщение с Господом как с личностью - это спасает. Хочу сказать, в моменты крайнего отчаяния и даже за гранью вспоминайте слова, воспринятые мною от о. Софрония: «Не забудьте, Господь вложит в ваши сердца». Это представляет и величину доверия, которую Господь тебе оказывает. Т.е. мера страдания является и мерой доверия Господа к тебе - душе слабой, грешной, бессильной, доведённой до грани и за грань. Когда же говорю «за грань», думаю, что это реально. Это «за гранью» существует, потому что наша духовность, наше странствие из небытия, которое мы еще носим в себе, этим путём приближается к цели, и мы продвигаемся вперёд. Другими словами, - часто трансцендентируем моменты нашего небытия - Господь ведёт нас за грань, но тем самым расширяются наши границы. И если обладаем терпением в эти моменты, то скажем: «Господи!», а если не можем ничего сказать, просто не забудем, что этот Господь любит нас. Кажется тебе, что Он не существует? Не важно, чувствуй всё, что угодно, или вернее, всё, что угодно демонам, но продолжай.

У нас есть филокалические свидетельства более чем двухтысячелетней давности, если не учитывать Ветхого Завета, что с Господом нет ничего другого, кроме победы. Переступи этот порог и увидишь, что границы расширились, пока не станешь безграничным, подобно Господу. Избавление от границ, их пересечение иногда связано с экстремальными переживаниями. Эти две важные вещи хотел вам сказать. Формулы спасения нет. Если хотите, формула спасения может заключаться в единственном слове «понести». Понесём этот экстремальный момент в полном доверии к любящему нас Господу, отвечая доверием на доверие, которое нам оказывает Господь, стараясь таким образом исцелить нас.

Приведу пример. Говорят, что Лазарь был другом Господа. Обратите внимание на песнопения этой недели, в особенности Лазаревой Субботы и воскресения. В Евангелии повествуется: заболел Лазарь, но не пошёл Господь исцелить его, а позволил умереть, лежать четыре дня в могиле, пока тление не коснулось уже его тела. Говорится о четырёх воскресениях в Евангелиях, но Воскресение Лазаря является кульминацией. В остальных трёх случаях мы можем говорить о так называемой клинической смерти. В случае с Лазарем это не так. Сила Божья, которая из ничего вызвала к бытию всякое создание и творение, восставила Лазаря даже не от смерти, а от тления. Но с кем мог сотворить Господь подобное чудо, если не с истинным другом. Господь был уверен в Лазаре, что Лазарь понесёт эту тяжёлую епитимью, боль смерти и даже боль воскресения, потому что хоть это и не было клинической смертью в случае с Лазарем, но, судя по свидетельствам людей, переживших похожее состояние, это тоже сопряжено с болью. Но с кем же иным, если не с Лазарем? Потому что сказал Господь, что болезнь эта не к смерти, а к Славе Божьей. Только истинный друг, полностью доверяющий Господу, мог вынести подобную епитимью, чтобы прославить Господа своим страданием. Очевидно, что это показатель воистину беспримерной дружбы. И в какой-то мере и ты подобен Лазарю в ту минуту, когда ноша превыше твоих сил и чувствуешь ты себя отверженным Господом. Он не пренебрегает тобой! Будь уверен, что Тот, кто врачует тебя так же, как Лазаря, поможет тебе с той же степенью доверия, с какой по меньшей мере ты сам желаешь.

Всё же остальное да дарует тебе Господь. А остальным является терпение, и часто нет необходимости в долготерпении. Но если сможем понести эти моменты - Боже, что за воскресение! И, говоря о воскресении, не выражаюсь метафорически или символически, но это реальность не психологическая, а духовная. Ты становишься другим. Церковная традиция, песнопения, синаксарь повествуют нам, что Лазарь по Воскресении своём из мертвых явился другим человеком. Точно так же и Силуан, по его собственным свидетельствам, и св. Антоний, которого в последний момент спас Христос от поруганий бесовских и смерти, после чего совсем другой Антоний явился всем. Всё это примеры преодоления наших немощей, которые являют нам Милость Божью. Устрашающие примеры, потому что они не по силам человеку. Поэтому повторю, да подаст нам Господь сил в такие моменты. И Божья Матерь прошла через это - до креста, и святые апостолы, кстати, Лука и Клеопа, как мы видим из последних глав Евангелия от Луки, и все другие примеры, что мы видим в жизни Святых Божьих.

3. Может ли духовник ошибаться, и если да, то что же нам делать?

Да, может. Святой Серафим говорит: «Когда говорил по своему разумению, то ошибался». И Святой Силуан говорит: «Ошибки могут быть незначительными и большими». Как быть тогда? Повторю то, что сказал в предыдущем слове, - в любом случае мы обладаем Заповедью Божьей: тем самым «не отчаивайся». Это как спасательный круг во всех превратностях нашей жизни, т.е. с Богом не может не быть спасения, какого?
– увидим. Для духовников скажу - будьте бдительны. Мы должны научаться, по слову Святых Отцов Варсонофия и Иоанна, Силуана и Серафима, поучать более из молитвы и своего сердечного трепета, нежели из своего ума, опыта, прочитанных книг и эрудиции. Лицам духовно наученным следует рассматривать не на теоретическом уровне, как поступить, но какова воля Господа животворящего сейчас об этой душе. А ты, который хочешь обратиться к духовнику, знай - от тебя более, чем от духовника, зависит полученный ответ. Но и здесь заключена целая культура. Ты сам должен просить Господа, чтобы духовник не ошибся. Ты должен просить: «Господи, пошли ему ответ для меня. Ты знаешь, сердцеведец, чего я ищу, в чём нуждаюсь, ведаешь боль и кризис моей души, мою греховность, мою силу и беспомощность, моё отчаяние и страх». Исповедуй Господу всё и проси подать тебе поучение. А культура заключается в следующем, и здесь да поможет вам Господь: внимай словам духовника, не обращайся к нему лишь как к человеку, который своей мудростью может тебе помочь. Конечно, хорошо, если это мудрый человек, но речь здесь идёт о таинстве исповеди. Ожидай откровения Божия и рассматривай духовника, да простят они меня, как телефон, посредством которого ты слышишь кого-то на другом конце провода и с ним говоришь. Продолжайте находиться на связи с Господом, когда общаетесь со своим духовником.

Но, как исповедуют филокалические отцы даже до наших дней, Силуан, Серафим, Софроний, особенно внимайте первому слову и не комментируйте его. Пусть оно станет сказанным лично тебе. Не рассуждайте, т.к. если начинаете расспрашивать духовника, даже не возражая, а из добрых побуждений, для разъяснения, то прерываете свою связь с Господом и переходите в горизонтальную плоскость, где нет связи с Ним. Послушание - это Таинство. Истинная Церковь не сводит число Таинств к семи, даже если эти Таинства наиболее значимы и очевидны. Послушание следует рассматривать, если хотите, даже как мистическую тайну. Тайна твоей личной интимной связи с Господом, которому открыто твоё сердце. И тогда прими первое слово, сказанное тебе твоим духовником, и скажи: «Благослови, отче», а дальше сам разбирайся, как понять и как прожить это слово. А если не можешь, то приди ещё раз к духовнику и скажи: «Отче, вы сказали мне»… и т.д. Но в тот момент, когда получаешь это слово, не прерывай своей связи с Господом, прими это слово, пойми и проживи его настолько, насколько понимаешь о Господе. Если тебе это слово непонятно, разбирайся с Господом, но оставайся с Ним. Таким образом, ошибки могут иметь место, и я не берусь судить, чья вина больше. Пусть милосердный Судья научит нас. Здесь речь идёт даже не о вине, а о второй части вопроса: «Что делать?» Должно взывать: «Господи!» и не забывать, что со Всесильным Господом не может не быть выхода, возможно и трагичного. Но, внимание! Наилучшим является послушание.