Кроме того, Селена так и не смогла убедить Сириуса в том, что Снейп должен прийти на торжество. Он и так целый час орал, как бешеный кентавр, узнав, что Нюниус стал крестным отцом его дочери! И потом еще два дня не разговаривал с ней...

Селена открыла шкаф и посмотрела на свадебное платье. Оно было роскошным. И... это был подарок Нарциссы Малфой, кажется, она единственная радовалась, что Селена выходит замуж. Теперь уж она будет спокойна за то, что кузина и близко не подойдет к Люциусу. Блэк этого не допустит. В этом платье Селена была похожа на принцессу из сказки, а в сказках все всегда живут долго и счастливо. Но будет ли у нее это долго и счастливо?..

====== Часть I. Замужем за Питером Пэном. Глава 1 ======

Селена все чаще думала, что, пожалуй, магглы не такие уж глупцы, какими их постоянно пытаются представить в магическом сообществе. Уж ей-то эти представления вкладывали голову с раннего детства.

Медовый месяц — так магглы называют первый месяц супружеской жизни. Похоже, они правы: меда хватило как раз на месяц... Но в этот месяц они были настоящей семьей, такой, о какой девушка всегда мечтала. Ей казалось, что в мире есть только трое — она, Сириус и их дочь, и ей этого было достаточно. Они жили в доме Минервы в Хогсмитте, и Селена даже подумывала о том, чтобы его выкупить... Но всему этому, вероятно, так и суждено остаться мечтами.

Сириус был совершенно не против, чтобы в ее жизни их было только трое, ну или больше, если появятся еще дети, но самому ему было невыносимо тесно в этом маленьком мире. Ему нужен был простор, лучше бескрайний и полный скрытых опасностей, ему грезилось о битвах, в которых пришлось бы рисковать собой, спасая мир! Что такое Хогсмитт? Деревня, захолустье, по субботам кишит учениками Хогвартса, самые вопиющие события — драка в «Трех метлах», когда посетители перебрали огненного виски, или сбежавший с уроков старшекурсник, которого привлекли в деревню прелести мадам Розметты. Сириус скучал, даже присутствие любимой женщины — той, о которой он грезил весь год в Азкабане, утаивая свои воспоминания от дементоров, той, которую страстно желал, уже не могло развеять его тоску.

Его раздражало буквально все. Но было и то, что по его мнению вбивало колья в его семейную жизнь. Во-первых, еженедельные письма от леди Мунрок, матери Селены. Леди Селеста отказывалась смириться с выбором дочери и считала своим священным материнским долгом напоминать молодоженам о несогласии с этим браком. В этом она видела роль матери, а хорошо играть свою роль было для нее важнее всего, важнее самой жизни.

Письма приносила старая бородатая неясыть Вермин, которая отличалась ужасным характером. Вермин обязательно делал какую-нибудь пакость, пока Селена пыталась забрать у него письмо: опрокидывал вазу с цветами, сбрасывал бумаги со стола, норовил клюнуть протянутую к нему руку, а, улетая, обязательно старался нагадить в доме или хотя бы на подоконнике.

Сириус вел беспощадную борьбу с этой птицей: перьев в хвосте неясыти становилось все меньше, а вот характер все зловреднее.

– Селена, скажи, твоя мать специализируется на разведении подобных поганцев, – спросил Сириус, отбрасывая в сторону «Ежедневный пророк», в очередной раз загаженный Вермином. – Конечно, ничего путного в этой газетенке не пишут, но я имею право в своем доме спокойно почитать газету без того, чтобы ее испортила старая облезлая сова.

– Он всегда был таким, – спокойно отозвалась Селена, – сколько я себя помню. А если ты будешь продолжать кидать в него заклятия, то он рискует окончательно облысеть.

– Хорошо, уговорила, в следующий раз я придушу его голыми руками, без помощи магии...

Селена скептически подняла бровь и посмотрела на мужа, представив, как он душит неясыть.

– … или превращусь в собаку и сожру его, целиком, вместе с остатками перьев...

– Что ж, можно будет сэкономить на ужине. Главное, чтобы у тебя не было несварения, птичка-то крайне желчная, – чуть слышно пробормотала Селена.

– ... зато это избавит нас от посланий твоей матери. Что она пишет на этот раз? Какую характеристику придумала для меня, упражняясь в остроумии со скуки?

Селена вздохнула и развернула письмо. Пробежав его глазами, она поняла, что с прошлой недели оно не особо изменилось.

«Дочь,

хотя стоит ли называть тебя так, когда ты, не посчитавшись с волей своих родителей, связала свою судьбу с преступником. Да, да, разорви меня горгулья, именно с преступником, потому что я не поверю, что его отпустили, так как он невиновен. Наверняка, Дамблдору просто удалось заморочить голову Визенгамоту. Да и кто теперь заседает в суде?! Вот еще совсем недавно... (О, Мерлин, она все еще не может принять то, что время величия Темного Лорда прошло...)

Впрочем, даже если он и невиновен, это не делает его подходящим мужем для тебя. Он ведь никто, даже родная мать отреклась от него. Хотя, по здравому размышлению, этот предатель рода до сих пор остается единственным наследником бедняжки Вальбурги, а значит, ты и твой ребенок тоже.

Кстати, объясни мне, во имя Морганы, почему ты дала ребенку такое пошлое маггловское имя? (Целый год она пишет одно и то же!) Я полагаю, что раз уж ты теперь леди Блэк, то девочке надо сменить имя. Леди Лилиана Блэк, наследница рода Блэков! Так ведь гораздо лучше. Мы, конечно, не уступим наследство Нарциссе Малфой, которая сейчас так горячо печется о судьбе своей одинокой тетушки. (Узнаю мать — денег много не бывает!)