Отличительными чертами этой экосистемы является, прежде всего, её приспособленность к экстремальным природным условиям Арктики, ограниченное биоразнообразие с низким уровнем биопродуктивности и биорезистентности, что обусловливает её повышенную уязвимость перед лицом климатических и антропогенных изменений. Конечно, отдельные арктические регионы – например, прилегающие к Атлантике акватории Северо-Европейского бассейна, Белого и Баренцевого морей в этом отношении являются исключениями из общего правила: здесь достаточно фито- и зоо-планктона, рыбы и морских животных, это важный район морского промысла. Но в целом антропогенное воздействие в Арктической зоне требует достаточно жёстких экологических ограничений, особенно – в случае качественного её расширения и усиления. Тем более, что сложившиеся здесь биоценозы являются основой для существования и традиционного хозяйства коренных малочисленных народностей Арктической зоны. То есть экологическая проблематика тесно пересекается с экономической, демографической и политической.

Сегодня в российской Арктике действуют следующие особо охраняемые природные территории (без учёта природных заказников): Большой Арктический, Путоранский и Таймырский заповедники (Красноярский край), Верхне-Тазовский и Гыданский заповедники (ЯНАО), Корякский и Кроноцкий заповедники (Камчатский край), Лапландский заповедник (Мурманская область), заповедник Малая Сосьва (ХМАО), Ненецкий заповедник (НАО), заповедник остров Врангеля и национальный парк «Берингия» (Чукотский автономный округ), Песоро-Илычский заповедник (Республика Коми), Пинежский заповедник, национальные парки «Русская Арктика» на архипелаге Новая Земля и «Онежское Поморье» (Архангельская область), Усть-Ленский заповедник (Республика Саха-Якутия), а также международный заповедник Пасвик (Мурманская область РФ и Норвегия).

В 2013 году, выступая на заседании Третьего международного арктического форума «Арктика – территория диалога» в Салехарде, президент РФ Владимир Путин заявил: «Ключевым принципом развития Арктики должно быть и должно стать природосбережение, обеспечение баланса между хозяйственной деятельностью, присутствием человека и сохранением окружающей среды… Россия, почти треть территории которой приходится на районы Крайнего Севера, осознаёт свою ответственность за сохранение экологической стабильности в Арктической зоне… Россия, крупнейшая арктическая держава, готова к самому тесному партнёрству в рамках Арктического совета, Глобального экологического фонда и Программы ООН по окружающей среде, в первую очередь в разработке современных технологий и формировании единых экологических стандартов… Основы нашей государственной политики в Арктике предусматривают и установление особых режимов природопользования. В частности, право добывать нефть в ледовых условиях будут получать и получают лишь такие компании, которые обладают самыми современными технологиями… Конечно же, мы продолжим наш масштабный проект по так называемой «генеральной уборке» Арктики. Уже полностью очищена Земля Александры… начались работы на острове Грэм-Белл, на очереди – острова Гоффмана, Хейса, Рудольфа и Гукера… Из федерального бюджета в 2011–2013 годах на очистку Арктики было выделено 1,42 млрд. рублей… Сегодня заповедники занимают около 6 % российской Арктики, это почти 322 000 кв. км. В планах – увеличить их площадь в разы».

Градостроительное освоение Арктической зоны Российской Федерации

Понятно, что природоохранная деятельность в Арктической зоне РФ должна быть согласована с национальной программой развития данного региона, которую необходимо принять в ближайшее время. Отдельной проблемой является взаимодействие в данной сфере с международными и российскими неправительственными организациями – такими, как WWF, Greenpeace, Bellona и другие. Инциденты, подобные атаке активистов Greenpeace на нефтедобывающую платформу «Приразломная» в Баренцевом море 24 августа 2012 года, нежелательны и недопустимы.

Видимо, самым сложным в реализации из приоритетов российской политики в Арктике будет сохранение арктического региона как зоны мира и сотрудничества. Прежде всего – потому, что противоречия между арктическими государствами достаточно велики с тенденцией к их дальнейшему усилению, а «арктические» страны НАТО во главе с США намерены решать их за счёт России и российских интересов в северном Приполярье, активно используют сложившуюся систему международных органов и структур, связанных с арктической проблематикой, для продвижения своих и ущемления российских интересов.

Это сложнейший комплекс вопросов, которые касаются и обороны нашей страны, и разграничения водных и сухопутных пространств за Северным Полярным кругом, и сохранения экологических систем, в том числе – как основ традиционного хозяйства и жизнедеятельности коренных и малых народов Севера, и правовых режимов деятельности в Арктической зоне РФ.

С точки зрения обороноспособности и безопасности нашей страны Арктика – один из ключевых регионов. Через Северный полюс лежит самый короткий маршрут подлёта стратегических ракет нашего вероятного противника к целям на территории нашей страны. То же самое касается и акватории Северного Ледовитого океана. У НАТО, у США и их союзников в лице Норвегии, Канады и Дании, выстроена целая система, которая в случае конфликта, должна обеспечить им военное преимущество в Арктике. Эта система состоит из многих элементов, включая военно-морские базы, склады, станции слежения и так далее, вплоть до «исследовательского» комплекса HAARP на Аляске. Это передовые рубежи противоракетной обороны, которую они хотят создать, которая будет иметь и сухопутное базирование в Норвегии, на Аляске, и морское базирование. Это постоянное присутствие в Арктической зоне военно-морских сил США с целью контроля наших баз и кораблей нашего военно-морского флота. К сожалению, выстроенная в Советском Союзе система морской, противоракетной и противовоздушной обороны, после 1991 года была фактически разрушена и частично воссоздана только за последние годы. Эту работу необходимо не только продолжать, но и вывести на качественно новый уровень, поскольку если наш военно-стратегический потенциал в Арктике будет низок, никто с нами о мире и сотрудничестве в этом регионе говорить не будет Поэтому стоит задача – и она решается в ходе реализации предложенной нами программы – восстановить все опорные российские пункты в Арктике: и Диксон, и Хатангу, и Амдерма, и Певек, и Тикси, – как пункты двойного, то есть и оборонного, и гражданского назначения. Кроме того, необходимо создание передового рубежа нашей обороны на арктических островах.

Исключительная экономическая зона (ИЭЗ)

Конечно, вряд ли возможно теперь вернуться к той правовой ситуации, которая была в Арктике до 1997 года, когда Российская Федерация ратифицировала Конвенцию ООН по морскому праву 1982 года, согласно которой мы отказались от суверенитета над огромной акваторией Северного Ледовитого океана. Кто-то заставлял нас пойти на такой шаг? Нет, никто не заставлял, а США, кстати, до сих пор эту Конвенцию не ратифицировали и суверенитет над своим сектором как осуществляли, так и осуществляют.

А мы, ратифицировав этот документ, от применения секторального принципа отказались и теперь вправе претендовать только на 200-мильную зону от опорно-береговой линии, а весь остальной отечественный сектор теперь считается зоной международных вод, и мы вынуждены обращаться в ООН, чтобы там признали часть нашего бывшего достояния: хребты Ломоносова, Менделеева, Гаккеля и т. д., – продолжением геологических формаций, расположенных на российской территории. С соответствующим возвратом российского суверенитета более чем над 1,2 млн. кв. км арктической акватории. Для этого в 2007 году батискаф опускался на дно Северного Ледовитого океана в районе Северного полюса, для этого ведутся полярные научные экспедиции, для этого приходится форсированными темпами наращивать наше присутствие в Арктике. Но ООН с решением не торопится – тем более, что Дания, например, имеет научные исследования, которые доказывают, что хребет Ломоносова начинается от Гренландии, а не от России, а потому не только претендует на прилегающий к Гренландии кусочек подводного шельфа, но и заходит в зону наших традиционных полярных владений – чуть ли не до берегов Сибири. Аналогичные претензии высказывают США и Канада, то есть ни одна арктическая страна, за исключением России, против своих национальных интересов не идёт.