Неро открепил их от пояса и протянул мне.

Я поковырялась в бутылочках.

— Можешь использовать лаванду и лилейную воду, чтобы сделать мазь от ожогов.

— Откуда ты знаешь? Зелье Ронана не полностью влияет на тебя?

Он намекал на то, что у меня есть светлая и тёмная магия.

— Нет, оно воздействует на меня в полной мере. Оно блокирует магию, которую я получила и от Нектара, и от Яда, светлую и тёмную, — ответила я. — Но я знала этот рецепт задолго до того, как вступила в Легион, до того, как выпила Нектар богов. Моя сестра Белла постоянно готовила для нас эту мазь. У меня просто не было магии, чтобы смешать ее самостоятельно.

Неро быстро смешал два ингредиента в густую пасту, которую распределил по моим ожогам. Я облегчённо выдохнула, когда обожжённая кожа охладилась.

— Хотелось бы мне по-настоящему исцелить тебя, — сказал Неро.

В отличие от множества излюбленных боевых бальзамов Легиона, эта мазь была недостаточно сильна, чтобы мгновенно исцелить раны, но она сняла боль.

— Эй, не волнуйся об этом. Я стойкая девочка.

— Моя кровь исцелит тебя.

— Я не стану пить из тебя, Неро. Это тебя ослабит. Я справлюсь.

— Ты уверена?

— Да. И это далеко не так больно, как тренировка с тобой, — я усмехнулась ему.

— Не выпендривайся, Пандора.

— И не мечтала, полковник.

Неро издал мрачный звук, который мог оказаться фырканьем.

— Генераторы Магитека должны быть там, — он указал на кирпичное здание на противоположной стороне улицы.

— Отлично, — бодро сказала я, когда мы направились к генераторному помещению. — Давай подбросим им напряжения, активируем барьер и уберемся отсюда к чертовой матери. Это будет просто. Готова поспорить, мы сможем выполнить это в рекордные сроки, задолго до того, как ты потеряешь всю свою магию. Боги будут под таким сильным впечатлением. Вдобавок к повышению они окажут тебе любую услугу, какую ты захочешь.

— Окажут любую услугу, какую я захочу? Видимо, ты плохо знаешь богов.

Я пренебрежительно отмахнулась от него.

— Не портите все веселье, полковник Упёртая Задница.

Его брови приподнялись.

— Полковник Упёртая Задница?

— Всего лишь небольшое прозвище, которым мы с Айви называли тебя, когда только вступили в Легион, и когда ты превращал наши жизни в сущий ад.

— Я и не знал, что ты питала интерес к моей заднице на такой ранней стадии наших отношений.

— Отношений? Единственные отношения, которые у нас тогда были — это отношения мучителя и ученика. Я ненавидела тебя каждой ноющей клеткой своего существа.

Широкая улыбка, которой наградил меня Неро, вышла почти злобной.

— Я знал, что в конце концов ты изменишь мнение.

— Как ты мог это знать? — потребовала я.

— У тебя есть опасная привычка видеть лучшее во всех людях. Даже в ангелах. А я терпеливый мужчина.

— О, так ты планировал завоевать меня, да? Должно быть, ты решил, что отжимания — это самый верный путь к сердцу девушки.

— Твои тренировки никак не зависели от намерений, которые, возможно, у меня имелись.

Я наградила его своим самым скептическим взглядом.

— Ладно. Возможно, мои намерения были не совсем благочестивыми. Особенно когда я сидел на тебе, пока ты делала отжимания, — признался Неро.

— Ха! Я знала! Вам должно быть стыдно, полковник, — я покачала головой. — Соблазнять милую юную девушку-новобранца обещаниями отжиманий.

— Внутри я рыдаю.

Я фыркнула.

— Не сомневаюсь.

— Если тебе станет легче, можешь посидеть на мне, когда я в следующий раз буду делать отжимания, — сказал Неро с хитрой улыбкой.

Жар опалил мои щеки. Я не понимала, почему покраснела, но знала, что это все его вина.

— Так вот, — сказала я. — Когда боги даруют тебе милость за твоё блестящее исполнение… — я остановилась, когда его нижняя губа дёрнулась от веселья. — Что такого смешного?

— Боги не даруют милостей, Пандора.

— Мысль материальна. Будь позитивным, — я хлопнула его по спине. — Ты можешь попросить назад свою старую работу. Затем ты вернёшься в Нью-Йорк и выпнешь Харкера из твоего офиса, — я улыбнулась ему. — Мы сделаем это вместе. Будет весело.

Неро остановился и погладил меня по лицу.

— Что такое? — спросила я.

— Ничего, — его губы коснулись моей шеи.

Я покраснела — снова.

— Что, если боги смотрят? — я не видела их, но это не значило, что они за нами не наблюдали. Более того, я практически уверена, что они наблюдают.

— Пусть смотрят.

Его слова были гладкими как мёд, порочно роскошными как шёлк. И когда Неро поцеловал меня, из его губ хлынул жар, воспламеняя мою кровь, выжигая холодный лёд божественного зелья. Я вонзила ногти в жёсткие мышцы его спины, привлекая его ещё ближе.