— Ты же посмел себе бороду отрастить, — заметила женщина, демонстративно смотрясь в экран йо-йо, словно в зеркало, и прикидывая, какой участок ее головы волосы покинут в первую очередь.

— Если я побреюсь, ты вернешь хвостики?

— Если я пообещаю отрастить хвостики, ты пообещаешь, что забудешь о бороде и усах?

— Скрепим сделку поцелуем, моя Леди?

— Только воздушным, пока с твоего лица не исчезнут кусты.

<p align="center" style="box-sizing: border-box; max-height: 1e+06px; margin: 0px; color: rgb(0, 0, 0); font-family: Verdana, "Open Sans", sans-serif; font-size: 16px; background-color: rgb(246, 236, 218);">

***

Это была самая настоящая, жестокая, беспощадная, разве что не кровопролитная война. Ни одна из сторон не желала сдаваться, идти на уступки, искать компромисс, хотя ощутимые потери испытывали обе стороны. При этом, каждый думал, что именно он страдал больше всех, а посему отдавал предпочтение собственному упрямству, а не голосу разума, молившему о перемирии.

И она, наконец, завершилась. Но не обоюдной капитуляцией, а победой каждой из сторон. Ведь Адриан Агрест искренне считал, что добился того, чтобы Маринетт вновь отрастила себе волосы, а упрямая Леди знала, что больше никогда не увидит мужа небритым.

Вот только в один прекрасный день Адриан поймал себя на мысли, что уж ему-то ирокез бы точно пошел.