Маргоша положила трубку, и Соня расстроилась – ей как раз захотелось поговорить. Она бросила ведро с тряпкой и пошла посмотреть, уснула ли Ира. Все спали. Соня добрела до кровати и рухнула.
Утром она проснулась поздно. Андрюшки не было. Соня пошла в ванную – на полу валялось полотенце, и весь пол был мокрый. Соня взяла тряпку и вытерла воду. Встала под душ – вода текла чуть теплая. Там стоял нагреватель, и, видимо, все уже успели помыться. В гостиной сидела Анька и учила таблицу умножения на три. Андрюшка сидел рядом над стопкой цветной бумаги и фломастерами. Тася пересказывала Вите книжку, которую читала, – про девочку, которая была злой и гордой. Потом злая фея сделала ее служанкой, и она стала доброй и хорошей. Тася рассказывала и показывала. Она была то девочкой, то злой колдуньей. Витя потерял дар речи. Взрослых не было.
– Привет, дети, – сказала Соня, – а где все?
Ей никто не ответил.
– Аня, а где бабушка? – повторила Соня вопрос.
– Трижды четыре – двенадцать, – произнесла девочка. – Не знаю. Ушла. Сказала – придет, проверит. Трижды пять – пятнадцать.
– А ты что делаешь? – спросила Соня у сына.
– Стенгазету, – мрачно ответил он.
– Понятно, – ответила Соня.
– Тетя Соня, вы, – обратилась к ней Тася, – если вы сядете на диван, то сможете послушать, что стало со Златовлаской, когда в нее влюбился принц.
– Как ты себя чувствуешь? – спросила Соня у Вити.
– Нормально, – буркнул он.
– А где твоя мама?
– Ушла с тетей Ирой в магазин и узнать насчет обеда.
– А что у вас такой бардак?
В комнате действительно были навалены вещи, игрушки и скомканная бумага.
– Где? – заинтересовалась Тася.
– Здесь. Это твое? – спросила Соня, показав пальцем на валявшиеся на полу бисерную сумочку, блокнот и ручки.
– Сейчас посмотрю, – ответила девочка и бухнулась на пол.
Тася ползала по полу, поднимала вещь, рассматривала ее и перекладывала на кровать.
– Это я писала стихи, – объяснила она.
– Так, давайте вы заканчивайте с заданиями, я быстро тут уберу, и мы пойдем на пляж, – решила Соня.
Она протерла тряпкой полы, расставила обувь, собрала сумку и вывела детей.
– Трижды девять… Я забыла… Теть Сонь, трижды девять, – причитала Анька.
– Мам, а ты мне напишешь, как я провел день, для стенгазеты? – попросил Андрюшка.
– Тетя Соня, вы, жаль, что так и не узнали, как Златовласка попала в замок.
– У меня ноги болят, – буркнул Витя.
Соня начала злиться. Все куда-то делись и оставили ее с детьми. Нашли няньку! Они дошли до пляжа, Соня обмазала всех по очереди кремом от загара и велела испариться. Андрюшка с Анькой побежали прыгать на волнах, Витя сел рядом и принялся страдать, Тася пошла складывать из камней королевский замок.
Соня легла и закрыла глаза. Но рядом пыхтел Витя, и она не выдержала.
– Что с тобой? – спросила она у мальчика.
– Ноги. Натер.
– Дай посмотрю. – Соня взяла его ногу. Никаких мозолей. Все в порядке.
– Не здесь, – прошептал мальчик.
– А где? – испугалась Соня.
– Не скажу, – ответил Витя и сжал ноги.
Соня догадалась, что Витя натер внутреннюю сторону бедра.
– А тебе мама чем мажет?
– Кремом.
– Потерпи. Придем домой, намажем.
– Не намажем, – чуть не заплакал мальчик, – мама этот крем забыла.
– Тогда мы сходим в аптеку и купим. Не переживай. Сходи искупайся.
Но Витя продолжал тяжело вздыхать и расчесывать ноги.
Андрюша с Анькой познакомились с мальчиком – Кирюшей. Судя по выпавшим передним зубам, Кирюше было лет шесть. Одет он был в спортивную футбольную форму с фамилией Муранов на спине. Соня такого футболиста не вспомнила, из чего заключила, что Муранов – фамилия мальчика. Кирюша бегал по пляжу в носках и шлепках. Его родители расположились рядом. Девушка-блондинка в спортивном костюме и мужчина лет на двадцать старше. Мужчина пил пиво, а девушка бегала за Кирюшей и голосила:
– Кирюша, осторожно, не ходи туда, я сказала. Кирюша, слезь немедленно. А вы мамочка? – обратилась девушка к Соне.
– Да, вон того мальчика.
– А остальные?
– Тоже мои. Мы живем вместе.
Девушка представилась Наташей. Мужа звали Славой. Слава пил пиво, а Наташа щебетала:
– Ой, а вы где обедаете? Там еда качественная? А то Кирюша не ест соленого и перченого. А море же холодное, вы не боитесь за деток? Солнце такое агрессивное – сгорят в один миг. А воду вы какую используете? В бутылках покупаете или из-под крана? А фрукты на рынке модифицированные? Что-то они слишком красивые – я не доверяю. А вы уже в школу ходите? Обычную или частную? Ой, и не боитесь? Я слышала, что в обычных школах деток обижают. А вы где живете? А мы с вами соседи. Кирюша так хорошо с вашими играет. Так сложно сейчас с детками – такие агрессивные, а мамы вообще ужас – пьют, курят. А то вообще бросят мне детей на площадке и уходят. А я за всеми приглядываю. Как можно своих детей бросать? Правда же?
Соня слушала этот монолог и кивала. Девушка ей показалась милой, сдвинутой на материнстве и детстве, но доброй и приятной.
Наконец пришли Ира, Антонина и Марина Михайловна.
– Вы где были? – спросила Соня.
– Ирочка нашла чудесный ресторан, пообедать. Уже и с директором познакомилась. А мы с Тонечкой ходили мне юбку покупать, – сказала Марина Михайловна. – А ты как?
– Никак, – обиженно пробурчала Соня, – я тут одна, с детьми…
– Сонечка, вот если бы их было тридцать, я бы тебе посочувствовала… – сказала Марина Михайловна.