Шрифт:
Решив обо всём этом поразмыслить завтра, девушка отыскала шелковый халатик и отправилась в ванную комнату, благо, что она находилась в спальне. Ей бы не хотелось сейчас встретиться с кем-нибудь в бесконечном коридоре особняка. Особенно, если это окажется сам шейх.
После душа Дарина юркнула в кровать и, провалившись в мягком матрасе, тут же отключилась.
Последние несколько дней ей приходилось ночевать на бетонном холодном полу, укрываясь какой-то тряпкой, мало напоминающей одеяло. Девочки сбивались в кучку и, словно птенцы грелись друг о дружку, вот только это не спасало от дикого холода и сырости. Многие к утру просыпались уже с температурой, только вот «торгашей» это не заботило. Заболевших просто старались продать скорее, абсолютно не тревожась о том, что с ними будет дальше.
Однако, несмотря на мягкую кровать, спала Дарина беспокойно и когда почувствовала легкое касание чьих-то пальцев к своей щеке, резко открыла глаза и вскрикнула.
– Тише, джамила, – над ней возвышался шейх, зачем-то пристально вглядываясь в побледневшее лицо девушки. – Я просто хотел пожелать тебе хороших снов.
Глава 4
Утро было спокойным и тихим, о чём Дарина мечтала ещё с тех самых пор, как покинула родную страну.
Никто не пинал её и не называл рабыней. Никто не тревожил грубыми окликами и не было слышно всхлипов девушек-невольниц.
Блаженная тишина.
Дарина сладко потянулась и, уловив запах блинов, вскочила на кровати.
– Мамочка! – тут же стихла, понимая, что это всего лишь иллюзия.
На какое-то мгновение ей показалось, что мама рядом. Печёт блины и заваривает чай с чабрецом, как делала почти каждое утро.
Но нет.
Она там же, где и вчера. И, похоже, это не последнее её утро в доме шейха. Один Господь знает, сколько ей ещё придётся жить в чужой стране… С этими дикарями, что сделали её невольницей.
В памяти всплыла прошедшая ночь, когда, проснувшись, она обнаружила Хозяина, что разглядывал её, как диковинную зверюшку.
Интересно, о чём он думал? И почему пришёл посреди ночи? Мужчина пожелал ей доброй ночи и поспешно покинул комнату, за что Дарина была ему благодарна.
После его ухода девушка ещё долго не могла уснуть, с ужасом приняв тот факт, что он может заявиться в любой момент… И сделать с ней, что угодно. Это пугало. Сильно.
На столе действительно стоял поднос с блинами и вареньем. Также пленнице была предложена каша с кусочками фруктов, омлет и какие-то витиеватые сладости, что больше походили на произведения искусства, чем на еду.
Дарина прищурилась.
Это они так пытаются приучить её к своей пище? Ну уж нет! Ей и блинов будет достаточно.
Отодвинула тарелку с загадочными пирожными подальше и, макнув блинчик в варенье, с наслаждением откусила.
Амир не мог уснуть, прислушиваясь к звукам в соседней комнате, а вернее, к тишине. Ему хотелось узнать, чем занимается Дарина, но пойти к ней долго не решался. Девушка и так слишком напугана. Казалось бы, ему какое дело до этого? Она – всего лишь рабыня. Да, очень похожая на Ирину, но всё-таки не она.
Ближе к полуночи мужчина не выдержал, объясняя для себя это тем, что за ней нужно приглядывать, дабы не натворила глупостей. Не понаслышке он знал о мятежном характере русских красавиц, что способны на любое безрассудство. Что, если девушка решит покончить с собой?
Но Дарина просто спала, скрутившись в клубочек, лишь иногда беспокойно постанывая. Амир невольно залюбовался её прекрасным, хоть и слишком бледным личиком. Изящные брови девушки сошлись на переносице, так, словно даже во сне она о чём-то сосредоточенно думала. Светлые локоны разметались по подушке, а пушистые ресницы слегка подрагивали.
Неожиданно захотелось коснуться её, ощутить тепло её тела, узнать, какая она наощупь.
Повинуясь своим инстинктам и желаниям, мужчина дотронулся кончиками пальцев её щеки и слегка погладил нежную кожу. Тёплая. Приятная. Бархатная.
В тот же миг Дарина открыла глаза и закричала, отскакивая от него, словно от прокажённого. Амир мог бы поклясться, что почувствовал в этот момент обиду и разочарование. Сто лет не возникало у него подобных чувств. Уже давно ему нет дела до прикосновений и, тем более, симпатий женщин.
А потом он видел странный сон…
По зелёной лужайке сада, носился его сын, а за ним с хохотом бегала длинноволосая красавица, что одним только взглядом своих зелёных глаз была способна остановить планету, перевернуть мир, развязать войну…
Да всё, что угодно. Она могла казнить, или помиловать. Подарить необычайное блаженство, но проронив всего одну слезинку, лишить его рассудка.
– Ирина, – шептал, словно в бреду и бесновался на кровати, краем сознания понимая, что это всего лишь сон. Нет её больше.