Не ожидая от них такой прыти, на миг растерялся, но тут же взял себя в руки и выдернул трезубец, как подобает встретив одного из приближающихся недругов.
Силовой удар.
Вы нанесли критический урон 497.
Удачно попал твари в небо, когда та раскрыла пасть, и именно в этот момент сработал шанс на крит. Шикарно. Еще и от отвратительной едко-зеленой жижи, брызнувшей изо рта паука, вовремя увернулся.
А в следующий миг удача вновь повернулась ко мне своим прекрасным лицом.
Колоссальный паук-боец Измененный Тлением попал под действие вашей Ауры Тьмы.
«Ужас» на истлевших действует иначе — они не разбегаются в панике, а превращаются в вареных мух. Вот и сейчас третий паук, замахнувшийся, чтобы ударить меня сзади, внезапно завалился на бок и скатился вниз.
Я еще трижды атаковал второго, пропустив один его выпад, прежде чем «откатился» «Трезубец Тьмы». Стихийным умением я и одолел членистоного.
Третий паук с трудом смог вновь взобраться на спину первого. Я успел снять с него около половины хитов, прежде чем «Ужас» спал. Не знаю, все же сами истлевшие атакуют и координируют свои действия, или же они всего лишь куклы в руках «Матери…» Однако, когда стало очевидно, что третий со мной не справится, первый начал подниматься на ноги. Его собрат ловко спрыгнул на землю, а сама тварь одним стремительным движением перевернулась на спину. Я чудом успел спрыгнуть в последний момент, иначе мое тело бы просто расплющило.
Мне потребовалось еще секунд пятнадцать, один «Трезубец Тьмы» и несколько обычных ударов (вперемешку с «Силовыми…»), чтобы победить тварей. Два подранка — это уже ничто по сравнению с тремя противниками.
У меня осталось примерно две трети здоровья, которое, как и ману, уже во всю регенерирует «Спокойствие Тьмы». Можно предположить, что в одиночку я бы справился и с пятью такими пауками. А вот если их будет больше, уже вопрос…
Добивать противников, естественно, не стал, ни при каких обстоятельствах нельзя сбивать серию «неубитых». Да и острой необходимости в этом нет — через десять минут пауки придут в себя с двумя единичками ХП. Для нас такой враг — пустяк. А восстановление хитов в мрачном мире — дело для большинства довольно муторное.
Спрятал трезубец, вытащил из паучьей туши вилы Бона и вновь материализовал факел. Оставив залитое едко-зеленой жижей поле боя, я подбежал к башне.
От одного лишь прикосновения пламени паутина разжижалась и стекала вниз. Сперва я всего лишь оголял серую кладку, но уже через несколько секунд обнаружил вход. Небольшая арка, до этого полностью скрытая под липкими паучьими выделениями одиноко глядела на восток.
Я юркнул внутрь, погасив огонь. Пусть единственный источник света внутри башни — это арка входа, мне большего и не нужно. Есть возможность использовать «Очи во Тьме», так почему бы на нее не положиться? Во-первых, так я вижу даже больше, чем при пламени факела. Во-вторых, так качаются Очки Веры.
На первом этаже было сыро и пусто — нет ничего, кроме винтовой лестницы. Я поспешил к ней и начал быстро подниматься по ступенькам.
Интересно, сколько времени прошло с тех пор, как отец Бона поместил здесь сокровище? Ведь раньше явно не было пауков-привратников. Даже если Староста на самом деле был довольно силен, а десятый уровень получил с помощью зелья ослабления — доберись он с помощью Глозейского кристалла до башни, такую толпу не одолел бы в одиночку.
Однако зачем все это нужно? Зачем прятать артефакт в землях Тления, а потом с таким трудом его забирать? Зачем истлевшим столь рьяно оберегать его? Ведь получается, Матерь Истлевших расставила здесь своих «детей», чтобы не позволить нам вернуть сокровище. Стало быть, оно нужно и ей?
Да уж… либо не предполагали, что Зуртарн заинтересует тварей Тления, иначе прятали бы частицы в других местах, либо по-другому поступить было нельзя. И лично я склоняюсь именно ко второй версии.
Я поднялся по лестнице довольно высоко, свет от входа уже не мог даже слабо подсветить ступени. Вокруг почти полная Тьма, в которой едва заметно поблескивают энергетические маркеры.
Остановившись, в полнейшем изумлении я силился понять, что же именно должны обозначать эти мерцающие крупицы. На что они мне указывают? Они располагались шахматной клеткой — по одной на каждой ступени.
Следы… Ведь следы, правда?
Попытался разглядеть ближайший маркер и то, что находится под ним — бесполезно. Что ж, собственно я и думал о том, чтобы потратить два из трех оставшихся очка навыков именно на повышение «Очей во Тьме» до третьего уровня. Жалко конечно, вдруг трата окажется напрасной, а очки так тяжело достаются. Но, с другой стороны, два очка навыков — это всего лишь восемьсот золотых. Если рассуждать, что все можно исправить с помощью денег, как-то легче становится. Такая сумма у меня есть и, думаю, коли потребуется, заработать я еще смогу.
Едва я повысил уровень навыка, вновь всмотрелся в ближайший маркер. Мерцающий огонек внезапно растекся, обводя контуры следа от сапога.
Несколько секунд внимательно изучал вид чьей-то подошвы, затем поставил ногу рядом. Одинаковый размер. На всякий случай достал из инвентаря старые сапоги Бона. Действительно одинаковый. Правда рисунок разнится.
Нет ничего удивительного, что у сына и отца один и тот же размер обуви. Но так ли это было на самом деле, проверить уже не выйдет. Старосту Джейсона я видел всего-то пару минут и не обратил внимания на его обувь.