— Хи-хи, да ладно тебе, моё электричество приятное, — возразила эльфийка, но из воды вылезла и направилась к топчану, лежащему в стороне. Клара тоже выбралась на берег и последовала за ней. А Мариша тем временем обняла меня со спины и прижалась сзади.
Ох! И опять её мягкие титечки стали меня пьянить, буравя кожу на спине твёрдыми эрегированными сосками. Я с удовольствием увлёкся этими ощущениями и не сразу заметил, как между ягодиц моих проникло что-то тонкое и длинное, как пальчик. Даже сладкое сопение над ухом не вызвало никаких подозрений, я чувствовал удовольствие Мариши, и мне стало от этого хорошо. Только когда дырочка моя ощутила мягкое, но настойчивое давление, я встрепенулся, наконец, и попробовал отстраниться.
— Эй, постой, не надо так.
— Не-не, это я случайно, — тут же ответила хозяйка. — Проникать внутрь не буду, пока сам не попросишь. Только потрусь немного снаружи, и всё. Сестричкам ведь ты позволял такое. И я тоже хочу.
— А… н…ну, — ответил я, слегка заикаясь. — Снаружи… м… можно.
— Хорошо-о-о, — промурлыкала Мариша и покрепче обняла меня, просунув руки под мышками и прижимая к себе за плечи. Она слегка прикусила мне ухо, а потом стала плавно тереться клитором между моих булочек.
Чё-о-орт! Он у неё был гораздо больше, чем у сестричек, и ощущения вызывал более яркие. Я так… так… Как бы мне выдержать это и не сдаться!
Слава богу, в этот момент что-то произошло между эльфийкой и парией. Мильтрель сладко простонала, раздался подозрительный треск, напоминающий шипение электричества, и Клара вскрикнула, выгибаясь в спине и похотливо отклячивая попу.
Мариша замерла, останавливая свою подрывную работу, и с беспокойством поинтересовалась:
— У вас там всё нормально, девочки? Светлену вызывать не надо?
— Хо-хо, прикольно! — радостно откликнулась Клара, но потом поспешно поправилась: — Да всё в порядке, госпожа, и со мной, и с миледи Мильтрель. Извините, что побеспокоила. И… я закончила. Дима, можешь меня сменить.
Мариша неохотно разжала свои объятия, а я поспешил от неё улизнуть, уж больно опасные желания она вызывала у меня, прижимаясь сзади. Причём касалось это весьма спорных усовершенствований женского храма, в котором один из малых идолов стал вдруг необычно большим и теперь развратно делал мне пугающие предложения.
Проходя мимо Клары, я получил от неё дружеский шлепок по ягодицам и завистливый комментарий: «Счастливчик».
«И чего это она?» — удивился я, но потом увидел томно разлёгшуюся на топчанчике эльфийку, её обалденно притягательную фигуру, гладкую кожу с перламутровым отливом и невольно облизнулся. Однако пробежавшая по внутренней стороне бедра девушки веточка голубого разряда меня как-то разом насторожила. Я замер в нерешительности и тут же почувствовал лёгкий толчок сзади и тихий ойк Мариши.
— Что такое? — спросил я, оборачиваясь, и увидел похотливые карие глаза, посверкивающие весьма плотоядно.
— Хочу полюбоваться, как любимый парий ублажает мою лучшую подругу, — ответила магесса, невинно улыбаясь. — Будучи твоей полноправной хозяйкой, имею на это законное право. А вот ты чего остановился, обормот?
— Да, Димочкин, не томи, — капризно простонала эльфийка. — Моя девочка уже вся слюнками истекает, в предвкушении твоего язычка.
«Эх, если бы только слюнками, — подумал я, с опаской глядя на электричекую веточку, пробежавшую по второй ноге. — Ой, мама, да на ней табличку вешать надо: "Не влезай, убьёт!"».
Но делать было нечего, поэтому я мысленно перекрестился и направился к электрической девушке. И знаете, не зря я опасался, хотя опасался, правда, совсем не того, чего следовало. Когда Миль обняла меня и бесцеремонно прижала ртом к своей киске… Вернее, нет. Когда лишь коснулась, я просто (а-а-а-а!!!) чуть не задохнулся от пронзившего меня наслаждения. Всё тело буквально спазмом сжало — не вздохнуть, не вскрикнуть. А потом накатила сладкая расслабленность, и я на несколько секунд превратился в кисель, замешанный на блаженстве.
Это её электричество буквально сводило меня с ума! То ли зелье Клары на Милу так подействовало, то ли сам я более чувствительным стал, но ощущения, переживаемые мною на источниках, весьма серьёзно отличались от тех, что я вчера испытывал в лесу. Мне, кстати, до сих пор не верится, что между этими эпизодами прошло чуть больше суток: настолько много событий со мной случилось на второй день пребывания в Маришином имении.
Но так или иначе, постепенно я притерпелся и стал соображать, что к чему. Мила крепко прижимала меня к себе ножками за шею и энергично двигала бёдрами, насаживаясь киской на мой рот. Возвращаясь в строй, я тоже стал инициативу проявлять, мобилизуя язык, рот, губы, с удовольствием ощущал вкус эльфийки и увлекался ощущениями.