Почувствовав прилив энергии, Сарита вышла на балкон. По небу бежали облака, заслоняя свет звезд и луны. Прекрасная для побега ночь! Сарита перекинула веревку. Она упала приблизительно в десяти шагах от земли. Ну что ж, это ей по силам. И, закрыв глаза, она прыгнула. Не удержавшись на ногах, Сарита покатилась по крутому склону горы в ущелье. В отчаянии она ухватилась за колючий кустарник. В ее ладони вонзились шипы, а из глаз брызнули слезы, но все же ей удалось задержать свое падение. Она достигла своей цели.

Часовой, делавший обход со стороны вала, поднял факел, чтобы отогнать летучую мышь, и б пучке света увидел на башне движущийся силуэт.

Вглядевшись, он понял, что по стене кто-то ползет.

Он со всех ног помчался на главный сторожевой пост. Офицер поспешил с ним назад и послал узнать, на месте ли обитатель этой башни? Часовой обнаружил, что дверь изнутри заперта, а на его стук никто не ответил. Тогда офицер устремился к господину Абулу. Женщина, живущая в башне, не находилась в его непосредственном ведении, но за происходящее на вале он отвечал. Офицер быстро пошел к Абулу. Извиняясь, он доложил в чем дело.

Абул, не веря своим ушам, выслушал то, что ему сообщил напуганный офицер.

– Так ты говоришь, башня заперта изнутри?

– Да, мой господин. Я уже послал туда людей, чтобы они выломали замок.

– Ты правильно сделал.

– Так Сарита сползла в ущелье? Удивительно, как смогла она это сделать? Абул удивился, что она совершила побег. Возможно, ему действительно следовало отпустить ее. Да, может быть, тело ее и отвечает на его призывы, но, очевидно, это не более чем одна из причудливых шуток природы.

Между ними не происходит слияния ума и духа, у них нет ничего общего, а без всего этого их отношения могут носить только характер похоти, не имеющий ничего общего с истинным слиянием душ. Она не чувствует к нему ничего, кроме возмущения, и не имеет, очевидно, ни малейшего желания его понять. Как ему казалось, он, в отличие от нее, пытался ее понять, не бередить ту боль, которая, собственно, и привела ее к нему, понять те силы, которые мешали их взаимоотношениям.

Он был горько разочарован. Надо было бы отпустить ее. Но вряд ли на своем пути она найдет нечто стоящее. Тяготы жизни - вот что ждет ее на свободе, в этом Абул был убежден. Чем скорее он забудет ее, тем лучше. Она принесла ему и так уж достаточно страданий.

Ведь он начал соперничать с ней с того самого момента, как она покинула свою рощу, так неужели теперь он готов сдаться?! Она же не сможет выжить в этом жестоком мире. Несмотря на все причиненные ею страдания, Абул не мог вынести эту мысль.

Нет, он привезет ее обратно, пойдет навстречу ее желаниям и заставит признать ту страсть, которую она, несомненно к нему испытывает, но сделает это уже совсем по-другому.

Постепенно у него начал сформировываться план, имеющий горьковато-сладкий привкус мести, осуществление которого вместе с тем позволило бы ему быть уверенным в том, что это не принесет ей вреда. Абул не мог не отомстить ей - уж слишком сильно оскорбила она его сегодня днем. Совершив побег, она по сути выказала ему отказ, тем самым еще больше усугубив свою вину перед ним.

Он заставит-таки Сариту понять природу вещей в царстве Гранады и истинную цену могущественного калифа. Для этого ему не придется мстить ей, наоборот, она с тоской будет вспоминать свою жизнь у него и горевать о том, что не послушалась его советов и предостережений.

Он обернулся к офицеру, который все еще стоял в приемной.

– Возвращайся на свой пост, - сказал Абул и дернул за колокольчик, вызывая визиря, а затем позвал Юсуфа, рассказав ему о побеге Сариты.

– Ты хорошо все понял?

– Да, мой господин, - поклонился Юсуф, - до рассвета она не выйдет из ущелья, так что у нас будет достаточно времени для того, чтобы ее выследить. А если она одета по-прежнему, то, конечно же, не сможет остаться незамеченной. Со мной будут четыре человека, и мы не упустим ее, а Ибрагим Салем, я уверен, за деньги наверняка согласится с нами сотрудничать.

– Только не причиняйте ей никакого вреда, - сказал Абул.
– Тебе все ясно?

– Да, мой господин.

– Тогда приступай к делу. Я буду ждать ее к завтрашнему закату.

Он не сомневался, что, проведя большую часть дня во владениях Ибрагима Салема, Сарита поймет, какую глупость совершила, отказавшись от защиты калифа.

***

Сарита, наконец, достигла дна ущелья, и только тут она почувствовала себя в безопасности.

Вряд ли запертую дверь и свисающую веревку обнаружат раньше утра, так что к тому времени она будет уже в городе и сумеет затеряться в нем. Если же она не сможет найти караван торговцев или каких-либо людей, способных оказать ей защиту во время путешествия, тогда ей придется пуститься в путь одной. Днем она в любом случае схоронится в городе, а в горы пойдет вечером; в пути же будет держаться тех тропинок, которые помнит по путешествию сюда из Кастилии со своим племенем.