Шрифт:
«Если от зубной пасты такой эффект, – подумал Альфи, – то страшно и представить, что способны натворить эти особые сладости…»
Глава 6
Незваная гостья
– А ты, должно быть, Альфред, – прогудел зычный голос, когда мальчик переступил порог их маленького домика, расположенного на самом краю города.
– А вы кто? – вскинулся он. Альфи не любил, когда к ним заходили посторонние. Он очень волновался за отца.
В гостиной рядом с папой вольготно расположилась пестро одетая дама. Ее пышная фигура занимала на старенькой софе куда больше места, чем обычно занимает один человек.
Буйство цветов ее несуразного наряда (желтый шарфик, легинсы в розовую полоску, зеленая блузка и ярко-синий блестящий прорезиненный плащ) казалось совершенно неуместным в этой маленькой серой комнатке. Впрочем, такой наряд где угодно выглядел бы неуместно.
Папа сидел в инвалидном кресле на своем обычном месте в уголке гостиной, прикрыв колени старым полосатым пледом. В домике было холодно. Центральное отопление тут отключили еще несколько лет назад. Сказать по правде, домишко разваливался по частям. С тех пор как папа оказался прикован к инвалидному креслу, все пошло наперекосяк. Как ни пытался Альфи навести здесь порядок, во время дождя крыша протекала, почти все окна растрескались, а по стенам до самого потолка расползлась плесень.
– Ох, сынок, это… – папа с усилием вдохнул, – это Уинни. Соцработница.
– Что-что? – переспросил Альфи, довольно невежливо глазея на незваную гостью.
– Не беспокойся, молодой человек, ха-ха-ха! – воскликнула развеселая толстуха, вытаскивая подушку и подсовывая ее папе под спину. – Я от городского совета. Соцработники вроде меня просто хотят помочь…
– Спасибо, но нам помогать не надо, – перебил ее Альфи. – Я забочусь о папе гораздо лучше, чем мог бы кто-либо другой. Правда, пап?
Отец улыбнулся, но ничего не ответил.
– Ничуть не сомневаюсь, – заверила Уинни с улыбкой. – Кстати, очень приятно с тобой познакомиться, молодой человек.
И она протянула мальчику пухлую руку. Пальцы у нее были похожи на сардельки, зато все в кольцах. Альфи уставился на нее.
– Пожми леди руку, сынок. Будь хорошим мальчиком… – попросил папа.
Альфи неохотно вложил ручонку в лапищу соцработницы. Та крепко стиснула ее и энергично встряхнула. До того энергично, что мальчик испугался – как бы не оторвала. Разноцветные пластиковые браслеты на запястье Уинни громко застучали.
– А теперь, юный Альфред, могу побеспокоить тебя просьбой о чашечке чая? – протрубила она.
– Да-да, чай был бы очень кстати, сынок, – присоединился папа. – Посидим все вместе, поговорим.
– Кофе я пить не могу, прямо сразу насквозь проходит! Ха-ха! – добавила соцработница.
Альфи попятился из гостиной, по-прежнему не сводя глаз с незваной гостьи. Отец с сыном пили чай вместе, когда мальчик возвращался из школы. Он приносил на подносе две чашки. Всегда две – сколько себя помнил.
Одно Альфи крепко-накрепко уяснил от отца: как бы бедны они ни были, они все равно могут наслаждаться простыми радостями жизни – и гордиться собой. Поэтому, готовя чай, он всегда старался сделать все как можно лучше.
Вот и сейчас он достал маленький надтреснутый заварочный чайник без крышки и водрузил его на поднос из школьной столовой. А потом вытащил из буфета две чашки – а больше у них и не было, так что Альфи пришлось соображать на ходу. В конце концов он отыскал подставку для яиц – придется самому пить из нее. Роль молочника исполнял соусник, который мальчик купил на благотворительной распродаже. Последней он гордо извлек щербатую тарелку и положил на нее три крошащихся шоколадных печенья с закончившимся сроком годности. Продавец из местной газетной лавки отдал Альфи это печенье даром несколько дней назад, когда у мальчика был совсем уж голодный вид.
С гордой улыбкой на лице Альфи вошел в гостиную, неся перед собой поднос, и аккуратно опустил его на кофейный столик (ну, на самом деле это была перевернутая картонная коробка, но они с папой называли ее кофейным столиком).
– Я столько слышала о тебе от твоего отца, юный Альфред, – сказала Уинни, щедро посыпая крошками мальчика, ковер и всю комнату. А потом шумно отхлебнула чай и проглотила остаток печенья.
– А-а-а-ах! – вздохнула она, поджимая губы, намазанные ярко-красной помадой. – Вот так-то лучше. Мне прямо не терпится наконец узнать…
Альфи вежливо улыбнулся, чувствуя себя крохотным великаном, потому что пытался отпить чай из подставки для яиц. И в этот момент Уинни уставилась на него. Она нависла над Альфи, разглядывая его, как бегемот маленькую птичку, усевшуюся у него на носу.
– Боже мой! Только посмотрите на жубы этого мальчика!
– На что? – не понял Альфи.
– Жубы!
– Жубы? – растерянно повторил он.
– Да-да, малыш, – раздраженно кивнула соцработница. – ЖУБЫ!