Без сомнения, самое популярное и успешное зарубежное издание – знаменитая переработанная версия Александра Волкова – появилась в тот же год, что и фильм «Метро-Голдвин-Майер». В записях Волкова указывается, что в 1939 году было выпущено семь тиражей «Волшебника Изумрудного города», суммарно 239 000 экземпляров, а к 1963 году версия 1959 года была издана тиражом в 675 000 экземпляров (Галкина 2006, 265). Стоит ли удивляться, что с такими цифрами Волков чувствовал себя обязанным продолжить эту сказочную серию. Первое продолжение – «Урфин Джюс и его деревянные солдаты» – вышло тиражом в 300 000 экземпляров, который был распродан к концу года (Галкина 2006, 265). Поскольку в Советском Союзе не существовало свободного рынка, эти продажи отражают не реальный спрос, а только предложение; они также не отражают полной истории публикации, поскольку, как и многие другие произведения в Советском Союзе, в 1962 и 1963 годах. «Урфин Джюс» сначала печатался как сериал с продолжениями в двух советских газетах – еще до издания отдельной книгой в 1963 году. Такова была обычная издательская практика, и подобные предварительные публикации имели место в судьбе каждой книги Волкова, которые также переводились на десятки иностранных языков и издавались по всему СССР и за его пределами. Переводы первой книги Волкова и написанных им продолжений на английский стали появляться в США в 1960-е годы. Ситуация усложнилась, когда издатели в странах Восточного блока и в Азии начали публиковать тексты Волкова, используя заглавия Баума. В результате стало еще труднее определять, является подобная публикация переводом книги Баума или Волкова.

Популярность и новизна никогда не являлись определяющими факторами для публикации в Советском Союзе, где издательская практика оставалась под политическим контролем, реагируя на веяния времени и подвергаясь строгой цензуре. Книга Баума, как у себя на родине, так и за рубежом, была прочитана самыми разными способами и претерпела самые разные интерпретации. В Советском Союзе ее использовали для пропаганды холодной войны, чтобы показать бедность и отчаянье, царившие в Америке в начале XX века. Но поскольку на обложке стояло имя не Баума, а Волкова, книга теряла часть своего пропагандистского запала. То, что советский автор представляет Америку в столь мрачном свете, менее поразительно, чем если бы это делал американец. Тем не менее б'oльшая часть книг серии Волкова появилась в 1960–1970-е, в разгар холодной войны, когда напряжение между СССР и США было максимальным, так что политические соображения не могли не сказаться на этих публикациях. Время, пусть и иначе, в значительной степени повлияло и на судьбу американской серии. Поскольку книжные серии приобрели большую популярность, издатели спешили заработать на этой моде, так что Бауму приходилось писать чуть ли не по книге в год, и часто – к Рождеству. Это помогало поддерживать читательские ожидания. Но, хотя произведения обоих авторов полюбились миллионам читателей по всему миру, мало кому были известны удивительные судьбы их авторов и истории создания этих книг и их интерпретаций.

В США и в СССР детская литература оказалась в центре внимания благодаря потенциальной возможности формировать с ее помощью образ мыслей и транслировать ценности следующим поколениям. Соответственно, обе страны пытались придать историям о стране Оз национальные и политические смыслы, в том числе это касалось и зарубежных публикаций. В исследовании я показываю, как политизация книг о стране Оз во времена холодной войны отражала попытки Соединенных Штатов и Советского Союза упрочить свое культурное превосходство, что мешало рассматривать эти книги и их авторов в контексте детской литературы. Рассказ о жизни обоих писателей и критический анализ их произведений, содержащиеся в «Стране Оз за железным занавесом», позволят читателю наконец преодолеть искаженные представления об этих авторах и их творчестве – в большой степени благодаря обращению к внелитературным источникам. Более того, эта книга содержит очерк сложной и малоизвестной (на Западе) истории развития русской детской литературы, особенно практики заимствований и адаптаций западных произведений. Также в ней приводится подробный обзор современной все более многочисленной и влиятельной литературы фанфикшн, которая помогла историям о стране Оз сохранять актуальность на протяжении более чем ста лет.

Эта книга написана с целью изменить отношение как американцев, так и русских к литературной деятельности Баума и Волкова и выявить причину того колоссального влияния, которое сказка Баума имела во всем мире. Помещая свое исследование в контекст эволюции детского чтения в обеих странах, я объясняю, почему публикация книг о стране Оз в Америке и за рубежом была смелым и значимым событием. В итоге я показываю, как эти произведения, вопреки многолетнему пренебрежению и игнорированию со стороны критиков, исследователей и библиотекарей, перестали считаться популярной литературой и перешли в разряд значимых культурных символов как в США, так и в Советском Союзе и России.

Чтобы понять творческие процессы и внелитературные мотивации Баума и Волкова, необходимо было изучить биографии обоих и обстоятельства, которые привели их в детскую литературу. Работая, я опиралась прежде всего на архивы, хранящиеся в Университете Сиракуз (США) и в Томском государственном педагогическом университете. Первые две главы представляют биографическую информацию о Л. Фрэнке Бауме и А. М. Волкове и показывают, как складывались их судьбы в конкретных исторических обстоятельствах. Я также пишу о том, что критики слишком поздно обратили внимание на этих двух литераторов, и это способствовало их относительной неизвестности.

Хотя в последние годы уже нет недостатка в жизнеописаниях Баума, он по-прежнему остается непонятым, поскольку старший сын после смерти отца попытался переписать его жизнь и тем самым повлиял на все последующие биографии. В своем изложении жизни и творчества Баума я старалась избегать слепого следования этой версии, опиралась на детали, которые отразились в книгах о стране Оз. Так, идиллическое благополучное детство, проведенное в окрестностях Сиракуз, штат Нью-Йорк, позволило ему в дальнейшем реализовать свои творческие замыслы и увлечения и помогло развить воображение и фантазию, ставшие важнейшими элементами книг о стране Оз.

Как и Баум, Волков при жизни почти не был замечен, и его полная биография еще не написана. Моя работа содержит подробный очерк его жизни и исторической эпохи и тем самым представляет писателя англоговорящей аудитории. С раннего детства в семье староверов и отрочества, проведенного в Казахстане, до учебы в Томске, а затем, по окончании университета, работы в Москве жизнь и литературное творчество Волкова определялись его педагогической деятельностью. Стремление учить и вдохновлять детей наиболее полно объясняет его подход к интерпретации истории Баума и созданию собственных продолжений серии о Волшебной стране.

В третьей главе я представляю более широкий контекст, необходимый для понимания истории публикаций книг обоих авторов и значения их произведений, с учетом педагогических и издательских практик в обеих странах. Определение наиболее важных тенденций и личностей, оказавших влияние на развитие детской литературы в обеих культурах, позволяет провести в третьей главе сравнительное изучение атмосферы и обстоятельств, в которых оба автора создавали свои книги, а также влияния традиций, которые помогли оформить их замыслы и определяли восприятие результатов. А самое важное заключается в том, что я прослеживаю и объясняю долгую традицию адаптаций западной литературы в России, оказавшую влияние на работу Волкова над текстом Баума. Понимание условий и обстоятельств, в которых эти авторы создавали свои книги, также помогает объяснить выдающиеся качества произведений и причины их многолетней популярности у детской аудитории, а также их резкое неприятие библиотекарями и исследователями.