Генри обожал такие моменты, когда мог послать подальше все дела и вот так, беззаботно поиграть на пляже с детьми. Нередко к их шкодливой компании присоединялись еще несколько малышей, и тогда на белом песке лагуны начиналось нечто невообразимое.

У взрослых, с улыбкой наблюдавших за этой неудержимой ватагой, создавалось стойкое убеждение, что на пляже не пятеро, а как минимум пятьдесят детей. С такой скоростью и гомоном они носились по пляжу.

Частенько такие игры заканчивались ссадинами и разбитыми коленками, но, даже несмотря на рев и жжение от антисептиков, дети продолжали терроризировать Генри, требуя продолжения игры. Их не могло остановить даже справедливое негодование разгневанных мамаш, яростными воплями пытавшихся навести хоть какое-то подобие порядка на пляже.

На все их требования прекратить подобные игры Генри только отмахивался и весело заявлял, что ребенок, ни разу в жизни не рассадивший коленок, ни лечивший ссадин на локтях и не размазывавший по щекам кровь из расквашенного носа, был просто лишен нормального детства.

Только Натали, глядя на их развлечения, умудрялась не хвататься за сердце и не лететь сломя голову к своим отпрыскам, случись им упасть или предъявить ей вечером свежую царапину. Больше того, она и сама с удовольствием включалась в эти игры и носилась с детворой по пляжу.

Вот и в этот раз Генри не нашел ничего лучше, чем установить на пляже мишень и начать обучать собственных детей правилам стрельбы из легкого лучевика – оружия, разрешенного к ношению простым гражданам лиги. Этот легкий лазерный пистолет был облегченной модификацией пистолета, принятого на вооружение в армии лиги. Более слабый луч и энергетическая батарея малой мощности не позволяла нанести противнику серьезные повреждения. Хотя боль от ожога заставляла даже очень сильных людей спасаться бегством.

Лениво наблюдавший за этим безобразием Дик с довольной усмешкой повернулся к стоявшей рядом дочери и спросил:

– Не хочешь пострелять с ними?

– Я, по-твоему, совсем безрукая, с малышней упражняться? – удивленно отозвалась Сенди.

– Не ворчи, – весело отмахнулся Дик, – он преподает азы правильной стрельбы. Посмотри, ребятки только второй день как оружие в руки взяли, а уже есть хорошие результаты. Так что тебе тоже не мешало бы послушать.

– Но зачем? – непонимающе развела руками девушка.

– А так, – пожал плечами Дик, – чтоб было.

– Что было? – окончательно растерялась Сенди.

– Умение. Навык. Кто знает, что нам эта жизнь может еще преподнести? – задумчиво отозвался Дик.

– Но ведь я умею стрелять! Ты же сам меня учил, – не унималась она.

– Я учил тебя так, на скорую руку, а Генри может научить тому, чего даже я не знаю, – ответил Дик, не сводя глаз с фигуры друга, показывавшего детям правильную стойку.

– Ну, не знаю, – мрачно отозвалась Сенди, поглядывая на пляж, – по-моему, давать оружие в руки детям, которым на двоих нет и десяти лет, просто извращение.

– А, по-моему, он все правильно делает. Ваше поколение растет слишком слабым. Беззубым, – решительно тряхнул головой Дик.

– Это что, очередной приступ паранойи? – ехидно отозвалась Сенди, с улыбкой посмотрев на отца.

– Считай, как хочешь, но стрелять ты у него научишься, – решительно отозвался Дик, разворачиваясь к дочери и засовывая руки глубоко в карманы. Посмотрев в глаза дочери долгим, задумчивым взглядом, Дик тихо добавил: – Неспокойно мне, Ежик. Сам не понимаю, почему.

Увидев стоящих неподалеку Дика и Сенди, Генри помахал им рукой и, остановив увлеченно палящих в мишени детей, направился к ним.

– Не присмотришь за моими сорванцами немножко? – спросил он девушку, пожимая руку Дику, – нам нужно переговорить.

Молча кивнув, Сенди направилась к нетерпеливо топтавшимся ребятишкам. Убедилась, что оружие они держат правильно, и даже четырехлетняя Линда с серьезной рожицей решительно сжимает пистолет тоненькими пальчиками. Присев рядом с ними на песок, Сенди начала командовать, подражая Генри:

– На исходную, целься, огонь.

С улыбкой посмотрев на детей, Генри повернулся к другу и тихо спросил:

– Признайся откровенно, старина, у тебя никаких странных мыслей не возникает?

– Что? И ты тоже? – растерянно произнес Дик, удивленно глядя на друга.

– Что я тоже? – не понял Генри.

– У тебя тоже паранойя разыгралась? – перефразировал свой вопрос Дик.

– Это Сенди так сказала? – грустно усмехнулся Генри.

– Она, – кивнул в ответ Дик, – и не знаю, права она, или действительно что-то назревает?