– Н-да? – я скептично приподняла бровь. – В чем именно выражается его гениальность?

– Он ничего не знает о магии сумрачных странников – ну, вернее, не знал, когда мы с ним столкнулись, – но при этом ведёт себя в материи сновидений так естественно, будто он самый настоящий верховный сумрачных дел мастер. Он проваливается в сновидения легко, как дышит, и часто – случайно. При этом не пользуется вообще никакими специальными техниками. Но мало провалиться в сны, так ведь надо еще суметь оттуда вынырнуть легко и свободно, и не застрять в пограничном сумраке на долгие годы, верно? Кому, как не тебе знать об этом, Фэл. Так вот, этот адепт скользит в сумрачном эфире так легко, будто просто телепортируется в соседнюю комнату. Он вообще не напрягается при этом. Но, самое главное… Он может мгновенно перенести в свое сновидение всех людей, кто находится с ним в одном помещении. И не произносит никаких заклинаний, не воздействует физически, не использует артефакты. Да вообще случайно переносит и даже не понимает, как совершает эти действия. Он случайно унес в свое сновидение весь наш Верховный Совет, в полном составе.

– Ого!

Я мысленно присвистнула.

Так, а вот это уже действительно интересно.

Увести целенаправленно одного человека в свое сновидение само по себе являлось непростой задачей, с которой не могут справиться новички и даже многие старшекурсники. А уж усыпить разом весь Верховный Совет, в котором состоит порядка трёх десятков магов… Честно говоря, не уверена, что я сама с таким легко справлюсь. А я ведь верховный маг и сумрачных дел мастер – высшее звено в нашей сфере деятельности.

– И ему не подчиняется матрикс, – Персиваль выразительно постучал по месту потайного кармашка на рукаве мантии, где у каждого сумрачного странника был спрятан индивидуальный проверочный артефакт в виде золотой монеты. – Рядом с ним артефакт сходит с ума и беспрерывно крутится в воздухе, хотя все мы при этом находимся в реальности. Мы проверяли. Но этот странный господин излучает столь специфичный энергетический спектр, что подобрать ему матрикс пока что не представляется возможным.

– А как же он без него отличает сны от реальности? – нахмурилась я. – Мастерам-то бывает сложно отличить, а у новичков всегда с этим большие проблемы.

– А никак, – ректор развел руками. – Он реальность и сновидения вместе считает то ли одним странным сновидением, то ли такой вот поехавшей крышей реальностью, не разделяет эти понятия, что создает определенную путаницу, конечно. В общем, Фэл… С ним – сложный случай. Как думаешь, сможешь докопаться до истины, осилишь?

Ах, ну конечно, теперь мы играем в игру «я тебя заинтригую, а потом завуалировано возьму на слабо», ну да, как же.

Я вздохнула. Персиваль, негодяй, знал, чем меня зацепить. За время моего обучения и в дальнейшем работы в Академии сумрачных странников всякая «дичь» и различные сложные случаи, связанные со сновидениями и необычными сновидцами, стали своего рода моей узкой специальностью, моей визитной карточкой. Если где-то в сновидениях творятся странные дела, которые никто не понимает, – зовите Фелицию! – это вроде как стало аксиомой. Что ж, сама виновата в создании такой репутации.

– Ну ладно, где он, этот ваш гений? Покажите мне его. Я подумаю, стоит ли за него браться. Но сначала надо бы на него посмотреть.

– А мы не знаем, где он! – весело произнес Персиваль с дурной улыбкой на устах.

– В смысле? – мои брови поползли вверх. – Издеваешься надо мной?

– С этим нашим неопознанным снимым объектом курьезная ситуация произошла, – влез в разговор профессор Дорайсон, мужчина средних лет с курчавыми волосами и ясными серыми глазами. – Мы ждали вас, мисс Фил, ждали вместе с этим молодым человеком. Он сидел вот тут, – Дорайсон кивнул на пустой стул почти в самом конце длинного стола. – Мы как раз обсуждали с лордом Туареттонгом, как нам быть с нашим новым подопечным, все высказали мысль о том, что уж под вашим руководством необычный адепт раскроется во всей красе, – профессор при этих словах отвесил мне льстивый полупоклон. – Мы собирались рассказать молодому человеку о вас, но только начали рассказывать, как он… Исчез. Просто взял и исчез, прямо так, не вставая из-за стола. Не телепортировался, нет. Исчез через сумрачный эфир, кажется.

Я мученически возвела глаза к потолку.

– В чем проблема пройти по следу? Вы же все – верховные маги и прекрасно умеете ориентироваться в таких вещах.

– А ты попробуй встать на его след, – хмыкнул Персиваль. – И сразу поймёшь, в чем проблема.

Я не стала медлить и задавать лишних вопросов и действительно попробовала. Подошла к указанному стулу, потопталась немного вокруг, прощупывая энергетический фон.

И обомлела.

– Его как будто нет, – недоверчиво произнесла я. – Как будто следа нет… Вернее, он есть, но настолько слабый, что пройти по нему представляется непосильной задачей. Это не след мертвеца, но и не след живого человека. Он будто живой и мертвый одновременно. Никогда не встречала такой след… Ни на что не похожий.

– Вот именно, – весомо кивнул ректор. – Теперь понимаешь наше смятение?

– Понимаю, что проблем с этим студентом не оберемся, – пробормотала я себе под нос. – А это что?

Взяла со стула темно-синюю рубашку, покрутила в руках. Заметила, что под стулом валяются также брюки, носки… Вон и ботинки мужские стоят. Энергетический фон от одежды был такой же странный, двойственный.

– Наш неопознанный снимый объект исчез отсюда прямо так, без одежды, – хмыкнул Дорайсон.

Я нахмурилась.

Та-а-ак.

Закралась ко мне сму-у-утная такая догадка…

–…разгуливает сейчас, небось, где-то такой вот красавец, без одежды, в таком же виде, в каком он ранее свалился на нас с неба…

– С неба? – я до побелевших костяшек пальцев стиснула синюю рубашку в руках.

– Ну это я фигурально выражаюсь, – отмахнулся Дорайсон, пожимая плечами и недоуменно поглядывая на мою напряженную позу.

– Он вообще со странностями, и очень большими, – вмешался в разговор Седрик Кройслер, профессор по медитативным практикам. – У него есть тенденция исчезать ни с того ни с сего в одном месте и появляться в другом. Такие хаотичные перемещения вызваны очень яркими вспышками магии в нем. Между прочим, этот мистер Рэйес…