— Не надо! — с паникой выкрикнул Тимофей. И увидел, как усмехнулся отец. Он, кажется, все понял.

— Не придумывай, Уля. Все в порядке с парнем. Ты ведь здоров, Тимоха?

Тимофей энергично закивал. Ульяна Артемовна недоверчиво покачала головой.

— Точно, Тимоша?

— Я в порядке, мам. Честно.

— Ну ладно. Но температуру все равно померяй.

Он закрыл за родителями дверь и шумно выдохнул. До приезда Ксюши было еще три часа, а дел у Тимофея — выше крыши.

Он сбегал в ближайший магазин, купил шампанское, фрукты, мороженое. Прибежал домой, убрал шампанское в холодильник, мороженое в морозильную камеру, фрукты помыл и красиво разложил на тарелке. Проверил наличие презервативов.

С девственностью Тимофей расстался в выпускном классе — спасибо старшей сестре одноклассника. Она была не то, чтобы очень красивой или что-то еще, но дала же! А потом как-то с личной жизнью не задалось. А затем первый курс и Ксюша. Ну, дрочил на ее светлый образ, куда же без этого. А теперь вот… Тимофей мотнул головой, отгоняя непрошенные картинки. Нет, об этом думать не надо. А то он себя накрутит так, что опозорится. Хорошо хоть, что он хотя бы представляет, как это технически делается. Потому что один из выводов взрослой жизни у Тима звучал так: «Порно и реальная жизнь — это две большие разницы!».

Проветрил комнату, весь бардак на компьютерном столе распихал по ящикам, оставив только монитор, клавиатуру и мышку. Застелил кровать чистым постельным бельем.

Потом он долго-долго мылся, брился во всех возможных местах — ну, кроме паха. Не, ноги тоже трогать не стал. Но лицо, шею и подмышки отскреб до блеска. С волосами теперь проблем нет, Тим носит короткую стрижку, он привык, и ему нравится. Волосы можно каждый день мыть, сохнут быстро.

Надел все чистое и свежее — трусы, джинсы, футболку. Только носки надевать не стал. Тим почему-то был уверен, что он про носки от волнения обязательно забудет, а голый парень в носках и презервативе — это трэш.

За полчаса до того времени, на которое они договорились с Ксюшей, он сел на диван и замер. И только прислушивался к каждому звуку. Когда зазвонил телефон — буквально подпрыгнул на месте. Первая паническая мысль — это звонит Ксюша, чтобы сказать, что не придет.

А это оказалась мать. Спрашивала про температуру. Тимофей что-то невнятно отвечал, потом собрался, почувствовав, что мама начинается снова высказывать беспокойство его состоянием, и бодро соврал про тридцать шесть и шесть. На самом деле его уже подташнивало от волнения.

Он пошел на кухню и сожрал половину плитки шоколада. Будто бы полегчало. И в это время раздался звонок домофона.

***

— А что у тебя там?

— Где?

— Вот здесь? — Ксюша коснулась пальцем угла своего рта. Тимофей непроизвольно облизнулся. Черт…

— Это я шоколад ел.

— Вкусный?

Он смог только кивнуть. А Ксюша шагнула вперед, приподнялась на носочки и прижалась губами к его губам. Кончик ее языка лизнул Тима в угол рта.

— И правда, шоколад. И правда, вкусный.

И тут его, конечно, сорвало. И дальше все было как в тумане, и Тим реально мало что помнил. Ровно до того момента, когда они уже были оба голые, и Тимофей дрожащими руками вскрывал пакетик с презервативом. Вот тогда он услышал тихое:

— Тим, ты будешь первый.

Он снова затупил. Так и замер с пакетиком из фольги и стояком. А потом ему словно что-то прилетело по затылку — тяжело и увесисто. Зато в голове сразу прояснилось. И Тим наконец увидел.

Какая Ксюша красивая. Золотистые волосы — все же ужасно жаль, что она подстриглась! Взгляд из-под длиннющих ресниц. Губы сейчас крупные и яркие — а обычно Ксюша их любит сжимать в узкую линию. А если опуститься взглядом ниже…

Груди идеальные и неожиданно крупные соски — светло-розовые. Талия тонкая-тонкая, ноги длинные, между ними… гладенько все. Тимофей тяжело сглотнул и все-таки смог поднять взгляд к ее лицу.

И это все… мое?! Никто раньше не…?! Пи*дец…

— Почему ты молчишь? — раздался тихий голос Ксюши. — Ты… Тимофей?!

Он словно в замедленной съемке увидел, как ее тонкая рука тянется к одеялу. Нет-нет-нет! Он выпустил из пальцев презерватив и сгреб Ксюшу, прижал к себе. Ни единого слова не появлялось в голове. Он ждал этого мгновения как самого желанного подарка. Но даже предположить не мог, что подарок окажется ТАКИМ.

— Ты не думай, — услышал он вдруг ее шепот. — Я понимаю, что в этом нет ничего такого особенного. И знаю, как это все будет происходить. Просто… Просто думала, что тебе надо об этом знать. Чтобы… — она перевела дыхание. А Тим ей договорить не дал. Ему не нравилось то, что Ксюша говорила. Как это — «нет ничего такого особенного»?!