— Судя по твоему лицу, ты либо выиграл в лотерею, либо провернул какую-то гениальную аферу?

— Ты слишком хорошо меня знаешь, — подтвердил Артём, не скрывая радости. — Я только что раздобыл около миллиона солдат для защиты континента от Туза Крестов. Китайцы согласились оказать военную помощь в обмен на территориальные уступки. Хотя в сражение будет втянут не только Китай, но и вся Азия, которую Китай объеденит в военный союз против нежити. Я неплохо справляюсь, правда?

Я расхохотался, услышав это, потому что план был действительно гениален в своей простоте. Артём сыграл на слабости Китайской Империи, убедил их, что помощь России выгодна им самим, и теперь получил целую армию в обмен на земли, которые нам не очень-то и нужны. Это была дипломатическая победа высшего класса, достойная того, чтобы её отпраздновать.

— Ты молодец, брат, — искренне сказал я, подходя ближе и крепко пожимая руку Артёма. — Я тобой горжусь.

— Спасибо, — ухмыльнулся Артём. — А ты чем порадуешь своего государя?

За дверью послышались шаги — размеренные, тяжёлые, с каждой секундой приближающиеся к тронному залу. Я обернулся как раз в тот момент, когда створки распахнулись, пропуская внутрь двух человек. Первым вошёл Константин Игоревич Архаров, наш отец, огромный как медведь, с бугрящимися под одеждой мускулами и кустистыми бровями, нависающими над карими глазами.

А рядом с ним шла женщина лет сорока, темноглазая брюнетка, изящная, в простом, но элегантном платье, державшаяся с достоинством, которое выдавало в ней аристократку. Я никогда раньше её не видел, и первая мысль, пришедшая мне в голову, была вполне логичной: пока меня не было, отец обзавёлся новой дамой сердца. Что ж, его нельзя в этом винить.

— Пап, представишь нам новую даму своего сердца?

Константин Игоревич расхохотался, услышав мои слова. Он смеялся так громко и заразительно, что казалось, даже стены зала задрожали от этого мощного баса. Он обнял женщину за талию, притянул к себе и с весёлым блеском в глазах произнёс:

— Это вовсе не новая дама, сынок. А старая.

Женщина закатила глаза, услышав слово «старая», и без предупреждения ударила моего отца локтем в живот, вложив в удар достаточно силы, чтобы Константин Игоревич непроизвольно дёрнулся. Несмотря на боль, он продолжал улыбаться, явно не обижаясь на супругу за такую реакцию, а наоборот, наслаждаясь моментом, словно это была их привычная игра.

— Я хотел сказать «первая», а не «старая», — поправился отец, выпрямляясь и потирая ушибленное место. — Сынок, познакомься, это Екатерина Павловна, моя первая жена, мать Александра. Катя, это Михаил, мой младший сын, новый глава рода Архаровых, а по совместительству ещё и спаситель человечества.

Я моргнул, переваривая информацию, и посмотрел на Екатерину Павловну.

— Не знаю, как насчёт спасителя человечества, — усмехнулся я, целуя Екатерине Павловне ручку. — Но вот спаситель рода Архаровых, это точно. Приятно познакомиться, Екатерина Павловна.

— Взаимно, Михаил, — ответила она, слегка улыбнувшись. — Константин рассказывал, что ты сотворил невозможное и сверг род Романовых. Хотя, честно говоря, я до сих пор с трудом верю во всё услышанное.

— В таком случае, я обязан явить миру ещё одно чудо! — воскликнул я, театрально раскинув руки в стороны.

— Началось… — вздохнул Артём, закатив глаза.

— Не началось, а продолжилось, — усмехнулся я и вышвырнул из пространственного кармана грязный кусок плоти, в котором с трудом можно было различить человека.

Александр Константинович Архаров, мой старший брат, первый абсолют рода, с глухим стуком упал на мраморный пол. Ударился головой о камень и резко открыл глаза, выйдя из бессознательного состояния, в котором пребывал с момента освобождения от паразита.

Он лежал на полу, моргал, не понимая, где находится, и что происходит. Смотрел на высокий потолок тронного зала, украшенный фресками и люстрами, и явно пытался сообразить, как он здесь оказался.

Екатерина Павловна вскрикнула, увидев сына, бросилась к нему, упала рядом на колени, обхватила его лицо дрожащими руками. Вглядываясь в карие глаза, которых так долго не видела, она зарыдала так, что скорбный вой прокатился по всему дворцу. Слёзы хлынули из её глаз неудержимым потоком, капали на лицо Александра.

— Мама, — прошептал Александр дрожащим голосом, едва узнавая её, ведь прошло много времени с момента их последней встречи, к тому же женщина сильно похудела и была похожа на скелет.

Константин Игоревич подошёл к сыну, опустился на колени с другой стороны и обнял его, отчего глаза у Александра широко распахнулись. Похоже, он нечасто видел отца таким… Добрым, что ли? Константин Игоревич хрипло произнёс:

— Сынок, я знал, что ты жив. — Архаров перевёл взгляд на меня и одними губами прошептал «Спасибо».

Александр ничего не ответил, просто крепче обнял родителей, уткнулся лицом в плечо матери, не веря, что кошмар наконец закончился. Я стоял в стороне, наблюдая за воссоединением семьи, и испытывал странную смесь радости и грусти. Александр вернулся, это здорово. Вот только от его дара осталось… Да ничего не осталось. Любой сопляк из нашего рода сейчас более одарён, чем Александр. Представляю, как это ударит по его психике. Быть всем — и стать никем.