Когда возникала опасность, Оневаар отряхивались, опять же, совсем как пес, только что выбравшийся из воды. Шерсть отрывалась от кожи и тут же превращалась в весьма опасное оружие. А если не хватало этого, то Оневаар опускали к земле точно такие же, обледенелые рога, способные не просто смять, а пробить насквозь латную броню.

Сейчас, разумеется, их не тревожили закованные в сталь рыцари, а браконьеры, если и пробирались в Парк, предпочитали винтовки или глушащую взрывчатку. Но в записях Гильдии Охотников все еще оставались пометки многовековой давности, когда данные создания доставляли немало хлопот деревням и селам. Из-за того, что вокруг Великого Ледника земля не отличалась особым плодородием, то Оневаар воспринимали любые сельскохозяйственные культуры, заботливо взращенные человеком, как изысканный десерт.

Они могли пройти сотни километров, чтобы полакомиться репой, пшеном, или просто сожрать все, что есть на огороде. А учитывая массивные размеры (самцы могли достигать в холке двух метров) и немалый вес (до тонны у все тех же самцов) питались Оневаар от души.

В дикой же природе они выживали благодаря тому, что пили воду. Очень много воды. И, благодаря мутировавшим пищеварительной и кровеносной системе, могли неделями выживать без твердой пищи. Им было достаточно несколько раз за месяц сжевать ягодный куст, чтобы протянуть до следующего листа календаря.

— И как на севере их еще всех не порезали на мясо, — процедил Борс. — Воняют так, что даже отсюда тошнить начинает.

— Какие мы нежные, — фыркнула Рита.

Из-за того, что Оневаар постоянно потели, их приближение даже человек, при удачном направлении ветра, мог почувствовать сильно заранее. Запах тухлой воды, жирной прокисшей в бочке рыбы и чего-то еще. Мускусного и въедливого, от чего во рту образовывалась мерзкая слюна.

Но, в целом, Борс был прав. Современная наука Звездной Биологии утверждала, что Оневаар прибыли на западный материк с Северного Континента. Некогда Оневаар обитали лишь на территориях современных Скальдавина и Урдавана. Затем, еще до того, как во время Северной Войны маги Урдавана создали Перешеек Титанов, соединивший две половины их государства, во время зимних заморозков, Оневаар пересекли Пролив Титанов и попали на территорию современного Тазидахиана.

Разумеется, их миграция растянулась на сотни тысяч лет и на юг они пришли исключительно из-за того самого катаклизма, который создал Великий Ледник и, собственно, исказил Поле Паарлакса. Причем настолько сильно, что появился феномен Обратного Океана, а также идентичности погоды и сезонности южного и северного полушарий, но только на территории западного материка.

Опять же — произошло это еще во времена, когда даже эльфов на свет не появилось. Причем не современных, а высших. Может, лишь Фае помнили бы детали событий столь далекого прошлого.

— Тянем жребий? — спросил Орни.

Тощий охотник — единственный, кто выжил в группе Борса после инцидента в середине месяца. Ардан не знал, что именно там произошло, но Борс и Орни вернулись с задания на Вторую Станцию с запозданием на сутки. Их уже даже успели похоронить. Но они пришли.

Израненные, переломанные, но живые. Рита, кстати, не отходила от постели Борса в течение почти тридцати часов, пока маги и врачи станции приводили в порядок охотников. В итоге, судя по обмолвкам, Борсу не посчастливилось привлечь внимание Двуглавых Кротов. И несмотря на забавное название, это те еще мерзкие твари даже по меркам Звездной магии.

— А когда-то было иначе? — вопросом на вопрос ответила Рита и вытащила из кармана несколько палочек одной длины и одну дополнительную, короткую.

— Но это явно не Крылато-Рогатые, — возмутился один из подчиненных охотницы. — Мы же их ищем.

— Эрнест, я тебя, клянусь Ангелами, когда-нибудь пристрелю, — зарычала Рита. — Ты нам это будешь напоминать каждый раз, когда Старухе придет в голову отправить нас собирать дерьмо очередных высерешей фейских ублюдков?

Ардан даже рта открывать не стал, чтобы поправить Риту. Во-первых она, действительно, могла выстрелить, вот только уже в него. Скорее всего охотнице было плевать, что такого слова, как «высереши» в принципе не существовало. И, тем более, не ему втолковывать целой Гильдии, что аномалии появились вовсе не из-за Фае.

А именно такая теория, причем до сих пор, имела весьма серьезную поддержку в ученых кругах. Да, все больше ученых, включая профессора Ковертского, склонялись к тому, что аномалии появились в ходе естественной эволюции, помноженной на искажения Поля Паарлакса, но… Им было достаточно сложно переубедить целые века убежденности Звездных магов в том, что все волшебные создания на планете являются порождением кровосмешения Фае со зверьми.

И, наверное, наличие таких существ, как Тополь, лишь укрепляло их веру в свою правоту.

Что до «Старухи», то так, за глаза, прозвали госпожу Острожскую. Та, всего за месяц проживания на Второй Станции в Парке, успела приобрести себе столь своеобразную славу, что, возможно, это был первый и, собственно, последний раз, когда Старший Магистр переступала невидимый порог Северного Национального Парка.

— Мы два дня выслеживали это стадо, хотя по всем признакам изначально понимали, что это не Крылато-Рогатые, — продолжал возмущаться Эрнест. — Ну какого демона, Рита? Там воняет так, что у меня сейчас мозг через задницу вытечет.