– Интересно, куда это они? – заинтересовалась Леля. – Может, проследим за ними?

Но мне уже было не до слежки.

– Нет уж, хватит на сегодня. – Я проводила взглядом парочку, которая свернула за угол городской аптеки. Я знала, что там есть симпатичное кафе. Все ясно, мама повела этого импозантного мужчину в наше любимое место. Прошлым летом мы объедались там фисташковым мороженым. Я вдруг подумала: когда мама найдет себе мужчину на всю жизнь, у нас с ней больше не будет «своих мест». Она станет много времени проводить с новым мужем. Путешествовать с ним, уезжать на все выходные, открывать для себя новые места и заведения… Но я тут же одернула себя. Так думать эгоистично. Мама заслуживает счастья.

Из этих мыслей меня выдернул дворник, яростно скребущий снег на тротуаре. Леля потянула меня за руку:

– Давай в этот магазинчик зайдем. Я думаю маме еще конфеты купить. Видела в красивой подарочной упаковке…

Я слушала подругу вполуха. С размышлений о маме я снова переключилась на Егора и блондинку. Интересно, где они гуляют в такую погоду? Наверное, тоже греются в какой-нибудь кафешке. Кстати, вкусы у них с Вадимом на девушек, как выяснилось, одинаковые. А потом Корней пойдет провожать блондинку до дома. Точно так же, как пару дней назад провожал меня… Внезапно меня охватила странная грусть. Скорее бы найти Вадима.

Мама позиционирует себя как художник-абстракционист. Когда гости приходят в наш дом и видят мамины картины, они обязательно уточняют, не висят ли они вверх тормашками. Но мама на такие комментарии не обижается. «И за это тебе платят? – удивилась как-то соседка Лидия Аркадьевна. – Я понимаю, портрет там или натюрморт…» Но у маминых картин есть поклонники.

Портреты и натюрморты мама тоже замечательно рисует. Например, в маминой комнате висит мой портрет – маленькая я, точная копия в розовом платье и с белой лентой в волосах. Помню, каким мучением для меня, неусидчивой, оказалось позирование… Но я люблю мамины абстрактные картины. То, что другим на первый взгляд кажется кляксой, на самом деле является настоящим микромиром. Мне нравится угадывать мамино настроение по ее картинам. В зелено-желтом рисунке я вижу мимозу, весну и яркое солнце.

Для меня никогда не секрет, над чем работает мама. Она часто приглашает меня к себе в мастерскую и спрашивает совета. Но последние несколько недель я завертелась в школе с контрольными, да еще и на работу устроилась, поэтому было не до творчества. Мама тоже помалкивала. И только встретив ее на улице с незнакомцем, я поняла, что последнее время она стала скрытной. Свидание с пивозавром не считается. Кстати, для чего мама наглаживала блузку в таком случае, если сразу знала, что с протеже соседки ничего не получится? Я вспомнила, что в тот день она сослалась на какую-то рабочую встречу…

Я приоткрыла дверь и почему-то на цыпочках вошла в мастерскую. Здесь царил полумрак из-за всегда задернутых тяжелых блокираторов света. Дедушка смотрел в своей комнате телевизор, мама еще не вернулась со свидания, поэтому я могла в спокойной обстановке все исследовать.

И сразу же на рабочем столе увидела фотографию. Подошла ближе и взяла ее в руки. С портрета на меня смотрел красивый седовласый мужчина с сережкой в ухе в явно дорогом кашемировом свитере. А пирсинг – эхо бурной и веселой молодости?

Я не знала, каких мужчин предпочитала мама. Обычно она скрывала от нас тех ухажеров, которых выбирала сама. Мой отец имел лишний вес, носил очки и простую мужскую стрижку, изредка отпускал усы – полная противоположность холеному товарищу с фотографии. Глаза с хитрым прищуром, стрижка – волосок к волоску. Он напоминал какого-то голливудского актера и наверняка имел успех у женщин. Ну мама! И молчит! Скорее всего, у них только начало романа, а я уже навоображала себе. Конечно, те женихи, которых находили мы, и в подметки не годились этому красавчику. Интересно, где они познакомились? Мне не терпелось расспросить маму. Я уже давно вернулась домой и даже успела сделать уроки, а ее все нет…

Я прошлась по комнате, разглядывая последние работы на мольбертах, и снова наткнулась на уже знакомое лицо. Портрет. Надо же, и не один… Мужчину мама изображала в разных вариациях. Приглушенный свет красиво падал на одну из картин. Талантливо! Да-а-а, мама определенно влюблена. Где она отхватила такого красавчика?

– Ты что здесь делаешь? – раздалось за спиной так неожиданно, что я подскочила на месте.

В дверях стояла мама. Я так растерялась, что почему-то закрыла один из портретов спиной.

– Да так… – промямлила я. – Давно к тебе не заходила, и ты что-то последнее время не приглашаешь, – добавила я с ехидством.

Мама поняла, что я имею в виду, и заметно смутилась.

– Рассказывай, – потребовала я, – видела вас сегодня у аптеки.

– Разве ты не должна сидеть в это время на уроках? – удивилась мама.

Штирлиц еще никогда не был так близок к провалу, но я решила, что добьюсь правды, несмотря ни на что. В конце концов, имею я право знать, что происходит в личной жизни моей мамы? Она ведь подкалывает меня по поводу моих ухажеров и вместе с дедушкой подглядывает за тем, кто меня провожает. Буду играть по их правилам: никакой неприкосновенности частной жизни. Тот факт, что новые отношения мама держала от нас с дедушкой в секрете, настораживал. Обычно мама со смехом рассказывала о своих свиданиях.