–  Я не сказала, что к ней приходит бог, дедушка, - перебила я старика.
– Ятолько спрашивала тебя, кто к ней приходит.

–  Человек, разумеется, человек!
– воскликнул Лис, стуча кулаком по столу.
– Ты уже не ребенок! Тебе ли не знать, что в горах тоже есть люди!

–  Люди!
– воскликнула я.

–  Да, люди. Бродяги, беглые рабы, разбойники, воры! Неужели ты этого незнаешь?

Я покраснела от негодования и вскочила на ноги. Для девушки из нашего рода будет большим бесчестьем, если она сойдется, пусть даже в законном браке, с человеком, в жилах которого нет хотя бы четверти божественной крови. То, что утверждал Лис, было невыносимо.

–  Как ты смеешь?
– вскричала я.
– Психея скорее бросилась бы на острыеколья, чем…

–  Не горячись, доченька, - сказал Лис.
– Она же ничего не понимает. По моему разумению, какой-то разбойник с большой дороги нашел бедняжку, обезумевшую от страха, одиночества и жажды, и снял с нее оковы. Несчастная уже бредила, ао чем она могла бредить в подобном положении? Конечно же, о золотом и янтарномдворце на Горе - она ведь мечтала о нем с самого детства. Парень сразу все смекнули выдал себя за посланца богов - вот откуда взялся бог Западного Ветра! Он отвелее в эту долину и нашептал ей, что сам бог, ее жених, придет к ней под покровом тьмы.Потом он ушел, а ночью вернулся.

–  А как же дворец?

–  Безумие заставило ее поверить в свой детский сон и принять его за действительность. А негодяй только поддакивал ей во всем. Возможно, и от себя что-нибудьприбавил, и тогда она совсем уверовала в свой бред.

Второй раз за этот день я впала в глубокое отчаяние. Лис объяснил все слишком правдоподобно и логично, он отнял у меня сомнения, а значит - надежду. Впрочем, так было и с Бардией.

–  Похоже, дедушка, - сказала я понуро, - ты лучше меня справился с загадкой.

–  Не нужно быть Эдипом, чтобы отгадать такую загадку. Куда сложнее решить,что нам теперь делать. Ах, мне ничего не приходит в голову! Видно, твой отец слишком часто драл мне уши и тем попортил мне мозги. Должен, должен быть выход… авремени совсем нет!

–  Ни времени, ни возможности. Я не смогу долго притворяться больной. Кактолько Царь узнает, что я выздоровела, путь на Гору будет мне заказан…

–  О, я совсем забыл!.. Такая важная новость! Снова появились львы.Что?
– вскричала я в ужасе.
– На Горе?

–  Нет, нет, все гораздо лучше! Львы объявились на юге, к западу от Рингаля.Царь собирается отправиться на львиную охоту.

–  Так, львы вернулись… значит, Унгит нас обманула. Может, на этот раз принесут в жертву Редиваль. Царь в бешенстве?

–  В бешенстве? Нет. Когда ему сказали, что погиб пастух, десяток баранов инесколько добрых псов (а ты знаешь, как он их ценит), он так обрадовался, словноему принесли радостное известие. Я давно его не видел в столь приятном расположении духа. Весь день он только и говорил, что о собаках, загонщиках, о погоде… итому подобной чуши. То посылал гонцов к очередному князю, то вел глубокомысленные беседы с егерями, то наводил порядок на псарне, то проверял, как подковали коней. Пиво лилось рекой, и даже я удостоился дружеского хлопка по спине, от которого у меня до сих пор болят ребра. Но нам-то важнее всего, что два дня он пробудет на охоте, а если повезет, то дней пять или шесть. Он выезжает завтра засветло. Значит, мы должны торопиться,

–  Да. Потом будет слишком поздно. Психея умрет, если зима застигнет ее в горах. У нее нет крыши над головой. К тому же не успеем мы и оглянуться, как у неебудет ребенок.

Эти слова ударили меня в самое сердце.

–  Подлец, чтоб ему сгнить от проказы - прорычала я.
– Будь он проклят навеки! Неужто Психея родит от голодранца? Мы посадим его на кол, когда поймаем.Он будет умирать долго и медленно. О. я бы растерзала сю на клочки собственнымизубами!

Ты омрачаешь темными страстями нашу беседу и свою душу, - остановил меня Лис.
– Нам нужно придумать, где мы се спрячем.

Я уже придумала, сказала я. Мы спрячем ее у Бардии.

У Бардии! Да он никогда не примет у себя в доме ту, что была принесена в жертву богам! Он боится собственной тени и верит в бабьи сказки, этот Бардия! Он обыкновенный дурак.

–  Бардия не дурак, отрезала я не без раздражения, потому что мне не нравилось, как пренебрежительно относится грек к смелым и честным людям, если онине обладали его ученостью.

Даже если Бардия и согласится, добавил Лис, ему женушка не позволит. А кто не знает, что Бардия у жены под каблуком?

–  Бардия? Я не могу поверить, что такой смельчак…

–  Ба, да он влюблен, как Алкивиад! Парень женился на бесприданнице, взял заодну красоту, можно сказать Весь город об этом знает. Она помыкает им как захочет.

Должно быть, она очень дурная женщина, дедушка…

Нам-то что за дело? Нам важно только то. что нашу голубку в лом доме не спрячешь. Более того, скажу тебе, доченька, что во всем Гломе такого места не сыщешь. Если хоть один человек в Гломе узнает, что она жива, ее найдут и снова принесут в жертву. Если бы мы могли отправить ее к родственникам матери… но это невозможно. О великий Зевс, если бы у меня было десять гоплитов и опытный командир в придачу!