Бежан втайне надеялся, что убийца, торопясь и, без сомнения, сильно нервничая — не каменный же он, — мог что-то проглядеть. Какую-то мелочь, запись, клочок бумаги, которые позволили бы им напасть на след. Может быть, покойник записывал где-то отдельно фамилии или хотя бы инициалы, может быть, он составил список скомпрометированных великих людей, внёс их в каталог? Вот бы найти нечто в этом роде и проверить, кого из списка не хватает…

— Холерная работа, — мрачно констатировал он. — Все просмотреть мы явно не успеем, но хотя бы по диагонали. Фамилии, адреса, немного данных, хотя бы взглянуть, о чем там речь — и поехали дальше.

О том, чтобы все внимательно прочесть, и речи быть не может.

— Его компьютер у меня на дискете, — похвастался Роберт, мимоходом заглядывая в сваленные гигантским штабелем документы. — Господи боже, откуда это у него? И на кой черт ему все это было нужно? Для шантажа?

— Нет. Он никого не шантажировал. Но как ты думаешь, почему уже двадцать лет ему так здорово везло? Чего не коснётся, все шло, как по маслу, ни малейшего преступления, ни малейшего нарушения, все в соответствии с законодательством, даже противно. Зато все юридические упущения использованы до последней запятой и до последней минутки.

Ты что думаешь, он — ясновидящий?

— Облегчали ему жизнь? — догадался Роберт.

— Конечно. К тому же вся администрация у него из рук ела. Я о нем мало что знаю, но ведь слухами земля полнится.

— Интересно, почему он держал все это в бумагах, вместо того чтобы загнать в компьютер…

— Из компьютера легче украсть. Или даже все стереть. Сам увидишь: я готов головой поручиться, что на этой дискете у тебя одни лишь невинные дела и ничего больше.

— Не может быть, — с ужасом воскликнул вдруг Роберт, заглянув в очередную папку. — Смотрите-ка! И такой человек стал министром финансов?!.

— Да что ты, ребёнок, что ли? — расстроился Бежан. — Отцепись пока от политики, я ещё не закончил. Пойми же ты, на этих наших горе-правителях мир клином не сошёлся. Бывшую жену в Заверче кто-нибудь отыскал?

— Баба уехала в отпуск, и никто не знает, куда, — сердито ответил Роберт, отбросив бумаги. — Дома у неё были, все правильно, мамаша приходит постеречь квартиру и полить цветочки. Фрувчик с их участка — я случайно лично с ним знаком — поговорил с ней и передал мне все по телефону, а потом прислал по факсу. Сегодня утром. Да, она была его женой, мать на бывшего зятя всех собак готова повесить, дочь до сих пор из-за бывшего мужа лечится от нервного расстройства, хоть они и развелись шестнадцать лет тому назад.

— А когда она уехала?

— Пятнадцатого. Тринадцатого и четырнадцатого была в Заверче, у неё своя парикмахерская, толпы народу её видели, в том числе Фрувчик собственными глазами.

— Машина у неё есть?

— Есть, «пежо». Тринадцатого была на техобслуживании, четырнадцатого вечером она её забрала.

Пятнадцатого в обед села в машину и укатила с теперешним женихом куда глаза глядят.

— А это кто такой?

— Вроде бы поэт. Непризнанный. Моложе её лет на десять.

— Неплохой метод лечения нервных расстройств.

А его как-то зовут?

— Зовут, только я не запомнил как, есть в факсе.

Проверить?

— Нет. Безнадёга. Их можно списать в убытки.

А вторая, как её там, Иза Брант?

— Охрана свободы личности, — язвительно сказал Роберт. — Из-за этой свободы личности ЖЭКи и паспортные столы просто с ума посходили. Только сегодня выяснилось, что она переехала целых два года назад, но не выписалась. Теперь живёт на какой-то Круткой. А этих Крутких в Варшаве несколько штук…

— Не переживай так. В проектах ещё больше.

— Я велел участковым проверить. Так что с минуты на минуту сведения появятся.

— Понимаешь, — задумчиво произнёс Бежан, помолчав, — если он действительно сидел с убийцей в салоне, а потом впустил.., нет, постой, мы ведь не знаем, впустил ли он его… Ну, скажем, вынес из кабинета двустволку и дал ему в руки…

— Он был не пьяный, — напомнил Роберт. — Алкоголя в крови — доля промилле.

— ..то ведь не может быть, чтобы он так доверял одному их этих… Уж скорей баба или друг. Но друзей у него почти нет — неурожай. А баб больше нет?

— Колек разнюхала бы даже тень следа.

— Вызови-ка её… Или нет. Лучше поезжай к ней.

Секундочку, где она живёт?

— Да она все ещё там сидит, у него. Холера её знает, зачем.

Бежан открыл было рот, чтобы с возмущением спросить, кто её туда пустил и чего ради, но Роберт его опередил.

— Прокуратура изменила своё распоряжение, — сухо произнёс он.

— О, даже так?.. Тогда.., подожди. Съездим допросим её прямо там, на месте преступления. Прекрасно.

Зазвонил телефон, Бежан поднял трубку. Из Служевца пришла информация, что нашли Изу Брант.