— Да. — Вот теперь Бобби заволновался. Поставил кофе на столик. Пододвинулся к краю дивана, сопровождая слова жестами. — Что-то в этом роде. Только обеспечивает телепортацию разум Френка, а не какая-то машина будущего. Он визуализирует себя в другом месте, в мельчайшую долю секунды разбирает себя на атомы… паф!.. и собирает себя в месте назначения. Разумеется, я предполагаю, что разум остается неизменным даже в момент перемещения, когда тело разбивается на несвязанные атомы, потому что именно сила разума транспортирует эти миллиарды частиц и держит их вместе, как держит колли овец своего стада, а потом собирает в прежней конфигурации в конечном пункте.

И хотя слабость, которую испытывал Френк, могла вызываться невероятно сложным и требующим больших затрат энергии действом, только что описанным Бобби, убедить Френка ему пока не удалось.

— Ну… я не знаю… В школе этому не учат. И в Калифорнийском университете Лос-Анджелеса нет курса телепортации. Тогда это… врожденное? Инстинкт? Шестое чувство? Даже если допустить, что я инстинктивно знаю, как превратить свое тело в отдельные частицы, перенести их в другое место, там снова собрать… как может человеческий разум, даже разум величайшего гения всех времен и народов, быть настолько могучим, чтобы прослеживать путь всех этих миллиардов атомов и собрать их в исходной конфигурации? Для этого потребуется сотня гениев, тысяча, а я совсем не гений. Нет, не тупица, конечно, но не умнее любого обычного человека.

— Вы сами ответили на ваш вопрос, — улыбнулся Бобби. — Вам не требуется суперчеловеческий разум, потому что телепортация — не функция разума. И не инстинкт тоже. Она… скажем так, способность, запрограммированная в ваших генах, как зрение, слух или обоняние. Давайте взглянем на ситуацию вот с какого угла. Каждая «картинка», на которую вы смотрите, состоит из миллиардов отдельных точек цвета, света, тени, однако ваши глаза мгновенно упорядочивают эти отдельные миллиарды в единое целое. И вам не нужно думать о том, как эту «картинку» увидеть. Вы просто видите, автоматически. Вы понимаете, что я подразумевал под магией? Зрение — практически магия. С телепортацией, возможно, существует пусковой механизм. Который вы должны привести в действие… пожелать оказаться где-то еще, а потом процесс идет автоматически, мозг осуществляет мгновенное перемещение, точно так же, как перерабатывает информацию, поступающую от глаз.

Френк крепко закрыл глаза и сосредоточился на том, чтобы представить себя в приемной. Когда открыл глаза, по-прежнему сидел у кофейного столика в кабинете.

— Не срабатывает. Не так-то легко. Я не могу сделать это усилием воли.

— Бобби, так ты говоришь, что у всех нас есть такая способность, но только Френк понял, как ею пользоваться?

— Нет, нет. Вероятно, для этого требуется уникальное сочетание генов, возможно, этот талант возник в результате повреждения генов, генной мутации.

Они помолчали, переваривая сказанное Бобби.

Снаружи слой облаков начал рваться, появились пятна синевы, которые на глазах стали увеличиваться в размерах. Но проясняющееся небо не подняло настроения Френку.

Наконец Хол Яматака указал на ворох одежды, лежащий на кофейном столике.

— А как объяснить состояние вот этой одежды?

Бобби взял в руки свитер из хлопчатобумажной пряжи, повернул так, чтобы все увидели «заплату» цвета хаки на спине.

— Предположим, что мозг в процессе телепортации автоматически перемещает все атомы и молекулы тела без единой ошибки. Он может перемещать и вещи, которые Френк хочет взять с собой, например одежду…

— Или пакеты с деньгами, — вставила Джулия.

— Но почему ограждающий поручень? — спросил Хол. — У него не было причин брать его с собой.

Бобби повернулся к Френку.

— Вы не можете вспомнить это теперь, но вы точно знали, что происходило с вами во время той череды телепортаций. Вы пытались остановиться, просили Хола помочь вам остановиться, схватились за ограждающий поручень, чтобы остановиться, остаться в больничной палате. Вы так сконцентрировались на ограждающем поручне, за который ухватились, что утащили его с собой. Что же касается перепутавшихся фрагментов одежды… Возможно, ваш мозг прежде всего решает задачу воссоздать вас в новом месте точно таким же, каким вы и были, потому что от этого зависит ваша жизнь, но иногда вам не хватает энергии для того, чтобы в прежнем виде восстановить и второстепенные вещи вроде одежды.

— Я не могу вспомнить, что было со мной до последней недели, — Френк нахмурился, — но такое со мной произошло впервые, хотя, судя по всему, я… путешествовал чуть ли не каждую ночь. И потом, даже если моя одежда раньше оставалась неизменной, я, похоже, день ото дня слабею, все хуже соображаю, что к чему…

Ему не пришлось заканчивать эту фразу, потому что тревога, отразившаяся на их лицах и в глазах, ясно показывала, они и так все поняли. Если он телепортировал себя, если этот процесс требовал энергетических затрат, которые не восстанавливались отдыхом, тогда с каждым разом он уделял все меньше внимания восстановлению в прежнем виде одежды и других вещей, которые брал с собой. Но, что более важно, из-за нехватки энергии у него могли возникнуть трудности с восстановлением собственного тела. И, вернувшись из очередного полуночного путешествия, он мог обнаружить на тыльной стороне ладони вплетенные в кожу фрагменты свитера, а кожа, которую заместила связанная из хлопчатобумажной нити материя, окажется бледной заплатой на темно-коричневом ботинке, тогда как кусок кожи с ботинка станет составляющей частью языка… или волокна носка вплетутся в серое вещество мозга.

Страх, который и раньше-то не прятался в глубинах сознания Френка, теперь резко выплеснулся на поверхность, вызванный тревогой и жалостью, которые читались на лицах тех, от кого зависело его спасение. Френк закрыл глаза, но, как тут же выяснилось, напрасно. Потому что перед мысленным взором сразу возникло его лицо, каким оно могло стать после очередной телепортации, если мозгу не хватит энергии на восстановление: восемь или десять зубов торчали из правой глазницы, сам глаз, лишенный век, смотрел из щеки, нос, ставший бесформенным, сместился на другую щеку, рот распахнулся в крике, а язык заменяли два пальца с частью запястья.