Градировский С.
Шрифт:
ГЕЙДАР ДЖЕМАЛЬ. Нет, речь идет о казни, не соответствующей шариату, — например, смерти на электрическом стуле или сожжении заживо. Хотя в джафаритском мазхабе [118] сожжение может быть приговором судьи в исключительном случае за гомосексуализм. А расстрел разрешен, потому что это разновидность побития камнями.
АНАСТАСИЯ ЕЖОВА. На мой взгляд, очень важно, что Сиддыки, будучи суннитом, выступает за преодоление разногласий между суннитами и шиитами. До него к этому призывали шиитские политические теоретики — Хомейни, Шариати...
118
Мазхаб — исламский правовой толк. Мазхабы различаются по набору используемых методов (второстепенных источников мусульманского права), а также по принципам работы с хадисным материалом. Мазхабы делятся на шиитские (джафаритский, зейдитский, исмаилитский) и суннитские (ханафитский, маликитский, шафиитский, ханбалитский). В рамках хариджизма сложился также ибадитский мазхаб. Джафаритский мазхаб — правовая школа в русле имамитского шиизма, основанная шестым непорочным имамом шиитов Джафаром ас-Садыком. В настоящее время данный мазхаб является официальным правовым толком Исламской Республики Иран — при том, что иные исламские правовые школы (ханафитская, шафиитская, маликитская, ханбалитская, зейдитская) пользуются полным уважением. Кроме того, джафаритский мазхаб получил распространение среди шиитов-имамитов Ирака, Ливана, Кувейта, Йемена, Бахрейна, Саудовской Аравии, Иордании, Афганистана и т. д. Согласно джафаритскому мазхабу, источниками фикха являются: Коран, Сунна Пророка и «пречистых имамов», аль-иджма и акл (разум). Представители джафаритского мазхаба признают только те хадисы, которые не восходят к противникам имама Али; кроме того, используемые хадисы не должны противоречить Корану. Шиитские сборники хадисов именуются «ахбар» («известия»), наиболее уважаемыми сводами преданий являются: сборник аль-Кулини (содержит более 16 тысяч хадисов), Ибн Бабуйи ас-Садука и аш-Шайха Мухаммада ат-Туси. Большое правовое значение также имеет труд имамита Надж ад-Дина аль-Хилли (XIII век). Джафариты признают временный брак — мута, считают допустимым и в ряде случаев необходимым благоразумное скрывание веры (такийе), а также считают врата иджтихада открытыми. Джафаритский мазхаб является единственной шиитской правовой школой, признаваемой суннитами. Из суннитских мазхабов наиболее близким к джафаритскому является шафиитский правовой толк, распространенный в Сирии, Ливане, Палестине, Иордании, в странах Юго-Восточной Азии (Малайзии и Индонезии), на Северном Кавказе, в Индии, Пакистане, среди суннитов Йемена, Ирана и Ирака.
ГЕЙДАР ДЖЕМАЛЬ. Сближение существующих косных форм невозможно, но можно создать третью, в которой будет рациональное зерно предыдущих. Необходимо просто выйти из клерикальных фиксаций. Ведь иранские клерикалы саботируют установку Хомейни на сближение, они не заинтересованы в этом, в «размывании» их непосредственного контроля, в утрате корпоративного авторитета. Вот в салафитском [119] движении есть ядро, являющееся основой этой воли, этой новой платформы. И прежде всего сам суннизм не однороден — не только по фикху, по мазхабам, но и по наличию подходов, по динамике интеллектуальной интерпретации ислама. Салафитский глубинный подход относится к шиизму с позитивным вниманием. А есть и подход воинствующего омейядства, столь распространенный среди иракских баасистов. Я, например, с удивлением услышал в Багдаде от офицера спецслужб, что Муавийя — пятый «праведный халиф».
119
Салафиты — суннитские фундаменталисты, сторонники возрождения ислама в его первоначальной чистоте, апеллирующие при этом к исламу Пророка Мухаммада и первых четырех халифов (и в основном ориентированные на построение мусульманского государства исходя из опыта Мединской общины и первых халифов). Салафиты воспринимают ислам в качестве политической идеологии, призывают к освобождению ислама от не имеющих к нему отношения наслоений и нововведений, они являются сторонниками восстановления практики иджтихада (напомним, что «врата иджтихада» в суннизме были закрыты в X веке) и считают, что упадок мусульманской цивилизации во многом связан с отказом от нее.
АРТУР ЯСТРЕБОВ. Не будет ли камнем преткновения концепция имамата?
ГЕЙДАР ДЖЕМАЛЬ. Я убежден в том, что та часть этой концепции, которая опирается на ранний шиизм и на точки зрения первых имамов, в значительной степени — плод позднейших разработок, ретроспективно приписанных. Поскольку я участвовал в конференции по шейху Муфиду [120] , я могу сказать, что действительным кодификатором концепции имамата стал шейх Муфид со своими ахбаритскими [121] учениками. Он начал формулировать философию имамата, которую потом шлифовали, шлифовали...А шейх Муфид появился уже после исчезновения Двенадцатого имама. Все, что приписывается первым имамам как позиция, подтверждающая эту философию, — натянуто задним числом. Саму идею имамата следует фундаментально переосмыслить. И суфийские неоплатонические гностические влияния должны быть жестко выведены за скобки.
120
Шейх Муфид — один из ранних шиитских теологов конца X века, первый богослов, начавший формулировать положения шиитской теологии после сокрытия Двенадцатого имама.
121
Ахбариты (ахбарийа) и усулиты (усулийа) — представители двух противоборствующих школ в шиитском источниковедении. Возникли в XVII веке. Школа Усулийун (или Усули, происходит от слова "усуль" — фундамент, принципы) является численно превосходящей. Последователи этой школы применяют к выявлению и интерпретации хадисов Пророка (СААС) и Имамов (АС) рациональные, рассудочные критерии, внешние по отношению к содержанию самих хадисов. Первым проявлением усулийской традиции является книга Абу Джафара Туси (ум. 1067), в которой автор пытался доказать, что шииты, как и их противники сунниты, вполне могут применять метод кийас. Арабское слово кийас можно перевести как сравнение, сопоставление, аналогия. Кийас, вначале подразумевавший обращение для проверки верности того или иного хадиса к Корану или другим хадисам, затем превратился в чисто гадательный метод, по существу, зависящий от личного мнения того или иного факиха. «Согласие» с мнением того или иного выбранного толкователя (муджтахида) носит в этой традиции название таклид. Следует отметить, что самими святыми имамами кийас никогда не признавался как метод. Что касается школы Ахбарийун (Ахбари), то ее последователи интегрально и буквально признают Коран вместе со всем собранием хадисов и ахбаров имамитской традиции. В сефевидский период точка зрения ахбари отстаивалась Мухаммедом Амином Астарабади (ум. в 1623 г.). Несмотря на буквализм этой школы, в рамках ахбарийской традиции действовали многие мистики-ирфани. Ахбариты не признавали кийас в качестве источника мусульманского права, однако практиковали иджтихад.
Другой важный момент — философия имамата в данном случае имеет уже виртуальное значение, поскольку Двенадцатый имам находится в сокрытии. В принципе, никаких проблем у суннитов считать, что ожидаемый Махди жив и находится в сокрытии, — нет. Когда я говорил с доктором Тураби на эту тему, он сказал: «Современный рациональный человек не может верить в то, что Аллах поддерживает жизнь человека в течение двенадцати веков». Я ответил ему: «А какие проблемы у вас могут быть с этой верой, если Коран говорит, что Христос был вознесен и является живым существом?» Христос не мог быть взят на небо мертвым, потому что мертвый — это несуществующий с точки зрения ислама. Те, которые мертвы, — их просто нет. В этом смысле в Коране говорится, что «всякая душа вкусит смерть». Как сказано в Экклезиасте: «Живые знают, что они умрут, а мертвые не знают, что они мертвы». И о шахидах говорится: «Вы думаете, что они мертвы, но они живы, а вы не знаете». О Христе есть хадис, что он умрет, когда завершится цикл, то есть во время Армагеддона, до Воскресения.
Теперь слово Алексею, тема которого — «Религиозная подоплека социальной революции».
АЛЕКСЕЙ САХНИН. Сегодня я могу лишь дать краткую характеристику книгам Эткинда [122] о хлыстах и Агурского [123] о национал-большевизме. Используя методологию Макса Вебера, Эткинд пытается объяснить некоторые реалии русской революции и русской утопии хилиастическим, остро эсхатологическим сознанием, воплощенном в русском сектантстве. Антимарксистский пафос у них общий — сознание определяет бытие. Но Вебер намного ближе к реальности, так как нельзя сказать, что сектанты составляли костяк русской революции. Эткинд прибегает к такой уловке: в этом движении выразились некие структуры сознания, которые — уже в век, когда религия не воспринималась многими как маркер, — всплыли на поверхность и подготовили эту бунтарскую стихию.
122
Эткинд, Александр — известный историк культуры.
123
Агурский, Михаил (1933-1991) — кибернетик, диссидент, политолог, автор книги «Идеология национал-большевизма».
ГЕЙДАР ДЖЕМАЛЬ. После чтения вы пришли к выводу, что революция действительно опирается на религиозные структуры сознания, связанные с финализмом, — либо вы считаете, что в данных книгах это неубедительно излагается?
АЛЕКСЕЙ САХНИН. Было бы глупо отрицать факт существования таких структур, но что первичнее — они или социально-экономические причины, — в этих книгах такой вопрос окончательно не решен.
ГЕЙДАР ДЖЕМАЛЬ. Однако ни один исследователь, который бы занимался сугубо социально-экономическими реалиями, не стал теоретиком революции.
АЛЕКСЕЙ САХНИН. Согласен, революционная утопия по определению религиозна.
ГЕЙДАР ДЖЕМАЛЬ. Можно сказать, что для революционеров сама революция есть некое литургическое действо.
АЛЕКСЕЙ САХНИН. Утопия религиозна, даже социальное действие — религиозно. Но Эткинд этого не доказал.
ГЕЙДАР ДЖЕМАЛЬ. А он не пишет, что старообрядцы составляли большинство красноармейцев?
АЛЕКСЕЙ САХНИН. У меня здесь внешние знания — они не составляли большинство красноармейцев. Известны случаи, когда старообрядчество становилось контрреволюционной силой. Например, в Верхокамье действовала Русская старообрядческая армия, причем беспоповская.
ГЕЙДАР ДЖЕМАЛЬ. Но они воевали и против Колчака, и против красных. Мы же не говорим только о красной революции. Зеленые тоже были революционным элементом.
АЛЕКСЕЙ САХНИН. У эсеров в регионах было много старообрядцев, но не в центре. А в РСДРП? Калинин? Это не самый яркий деятель.
ГЕЙДАР ДЖЕМАЛЬ. Надо исследовать и первичную религиозность евреев, которые приняли участие в революции. Большинство комиссаров — это люди, прошедшие через хедер, через серьезный хасидский дискурс. Эти евреи, устанавливавшие советскую власть на местах, исчислялись десятками тысяч — на фоне трех миллионов местечковых масс, рассеявшихся с началом Первой мировой. И радикальные мусульмане, кстати, тоже приняли участие в революции на первых порах... Давайте для нашего сборника выберем остро поставленную тему — например, «Троцкий как религиозный тип». Ведь всякое проявление нонконформизма есть оборотная сторона открытой или скрытой религиозности.