Медленно, словно растягивая момент, он вытащил свой меч. Значит, вот как? Что ж. Я улыбнулась.

– Давай. Ты всё равно меня не убьешь. Кишка тонка, Учиха!

Я вытащила кунаи. На его лице появился оскал. Мне стало жутко.

– Хмм, ты и полминуты не продержишься, Харуно.

…

Лезвие меча со свистом рассекло воздух.

С ума сойти, какая скорость! Если бы я не увернулась, он бы отсёк мне руку! Похоже, я вывела его из себя.

Саске продолжал нападать. Двигаясь бесшумно как истинные шиноби, мы словно кружились в убийственном танце. И если я ничего не предприму, для меня этот танец окончится похоронным маршем.

Я успевала лишь уворачиваться, предпринять какую-либо атаку было невозможно, мне оставалось лишь отступать. Такими темпами он рано или поздно загонит меня и нанесет удар. Похоже, ему всё равно куда бить, если ему представится возможность, он в мгновение ока снесет мне голову. Животный страх за свою жизнь придал мне сил, и я подставила два куная под его катану.

Раздался громкий звон. Саске с чудовищной силой нажимал на меч, мои руки расходились, я не могла долго сдерживать его напора и ударила его левой ногой. Согнувшись на одно колено, он оскалился и повел катану к моим ногам. Я подпрыгнула и стала отступать.

Охваченный яростью он вновь устремился на меня, и я едва успевала отклоняться от несущихся сверху, слева и справа молниеносных ударов. Я задержала его одним кунаем и попыталась ранить вторым, однако он перехватил мою руку и резко ударил плечом в область подбородка. Меня отнесло на несколько метров, боль была жуткая, я понимала, что если не поднимусь в доли секунды, то он меня разрежет.

Успев увернуться от подскочившего нукенина, я выиграла время и состроила технику мгновенного призыва птиц. Стая белых острокрылок устремилась на Саске, он закрылся, а затем использовал катон, выпустив огромный огненный шар против моих призванных созданий. Он едва не обжег и меня, поэтому стремительно отступая, я метнула в него кунаи, а затем использовала технику теневого клонирования; и вот на Саске несется уже целый арсенал из кунаев и сюрикенов. С легкостью уворачиваясь и иногда отбивая предметы, он лишь усмехался. Мои клоны понеслись на него, но он тут же взлетел в воздух рассек их катаной, делая гигантский полукруг.

Мы стояли друг против друга.

– Харуно.. – похоже, он давился от смеха. – Что за детский лепет ты здесь развела? Неужели ты думаешь, что меня можно ЭТИМ остановить? Ты что, так и не получила даже звания чунина?

Я скрипнула зубами.

– Генином была, генином и умрешь! – сверкнул глазами некогда любимый человек. – Но за попытку повеселить, спасибо, Сакура!

Он приготовился к броску.

– Хорошо смеется тот, – проговорила я. – Дальше и сам знаешь. Не надо недооценивать меня, я одна из лучших шиноби деревни Скрытой в Листве!

Он засмеялся. Презрительным, гадким смехом.

– Да, да, я вижу. Ты действительно лучшая из Конохи!

Мое терпение лопнуло.

– Включай свой шаринган, Учиха, иначе придется туго! – заорала я, устремляясь на него со всех ног и складывая печать.

…

Саске лишь усмехнулся, отпрыгивая назад и уворачиваясь от моей техники «тысячи листьев». Концентрируя чакру, я сорвала тысячи листков с рядом стоящих деревьев и направила на него, превратив их в смертельное оружие.

С бешеной скоростью листья неслись на него, закручиваясь в огромный вихрь, но он успевал уходить, и при этом его губы кривила легкая усмешка.

Он продолжает смеяться надо мной. Он всё еще ни во что меня не ставит.

– Зачем мне шаринган, Харуно, если я «сражаюсь» против тебя?

Только я услышала его ядовито произнесенное «сражаюсь» как меня затрясло от гнева.

– Танцы начинаются! – заорала я, собрав чакру в руке, и со всей силы ударила кулаком в землю.

В глазах Учихи мелькнуло удивление при виде стремительно разверзнувшейся у него под ногами земли. Огромные глыбы почвы начали подниматься вверх, не давая ему возможности стоять на месте. Саске отпрыгнул на дерево и на него тут же налетели мои листья. Он закрылся, но всё-таки они оцарапали часть его руки и лица.

– Ладно. Это уже всего ничего. Техника глухой стены!

Вихрь листьев ударился о его броню и исчез, а Саске тем временем бросился на меня.

Я отскочила и составила печать призыва.

– Не поможет, – ухмыльнулся он, рассекая птиц катаной, и сводя мою атаку к нулю. – Теперь моя очередь!

Я почувствовала на себе стяжение невидимых нитей и в то же мгновение меня отшвырнуло и больно ударило спиной о дерево. Саске стянул свои лески, и я оказалась крепко-накрепко привязанной к стволу.

– Вот и всё, Сакура. Птицами и листьями будешь детвору развлекать.

– И что теперь? Сожжешь меня?

– Поиграли и хватит. Мне пора.

– Что???

– Зачем мне убивать такую как ты? Я сражаюсь только с тем, кто мне по силам. Прощай.

– Стоять, Саске! Не ровня я тебе, значит?! Что же тогда в начале всё время пытался меня пополам разрубить?!

Парень сузил глаза.

– Ты вывела меня из себя, сама виновата.

Он убрал катану и уже собрался уходить, когда я перерезала леску нитями своей чакры и, достав кунай, полетела на него.