Мужчина сглотнул. Тема-то неудобная. Наконец выдавил:

— Ваш род…

— Ах да. — Я хлопнула себя по лбу с демонстративной досадой. — Точно, простите. Многое подзабыла после случившегося. Так как пройти в пятьдесят третью?

Он растерянно моргнул, явно не ожидая такой реакции. По всем канонам изгнанная аристократка должна либо заливаться слезами, либо пылать гневом, либо прятать лицо от стыда. А я стояла перед ним как ни в чем не бывало и спрашивала дорогу. Ну а что? Привыкайте.

— По главной лестнице на второй этаж, — заговорил он, беря себя в руки, — и направо до конца коридора.

— Спасибо.

Я зашагала к лестнице. За спиной неизбежно слышался шепот, какой сопровождает любое появление скандальной персоны. Я не оборачивалась. Шепчутся и ладно. Если бы я обращала внимание на каждую сплетню, то давно бы уже превратилась в соляной столп. Или в очень нервный соляной столп.

Главная лестница была под стать холлу — мраморная, с коваными перилами. Ступени были вытерты тысячами ног, в центре каждой — впадинка. Попадавшиеся навстречу студенты провожали меня взглядами. Кто-то — с любопытством, кто-то — с откровенной неприязнью.

На втором этаже коридор оказался длинным, как кишка, и гудел от голосов. Студенты толпились у дверей аудиторий, разбившись на группки. Одни листали конспекты, другие переговаривались, третьи просто глазели по сторонам. Я высматривала номера на медных табличках. Пятьдесят… Петьдесят один. Пятьдесят два и пятьдесят три — рядышком. Напротив стояла стайка нарядных студенток — оккупировала подоконник и пространство вокруг него. Я заметила среди них Ариану — ее дивные плечи и желтое платье выделялись в толпе. Подле дочки целителя стояли вчерашние сплетницы с крыльца общежития: миниатюрная красноволосая Фаермор в кружевной блузке и юбке-пачке и статная брюнетка Превс с синими прядями, облаченная в черный кожаный костюм. К ним примыкали еще две девицы — блондинка с уложенными локонами и точеной фигуркой, обтянутой коротким розовым платьицем; и пепельнокудрая особа в пижонском комбинезоне поверх белоснежной рубашки.

При моем приближении гомон резко смолк, как по команде. Шесть пар глаз уставились на меня с выражением а-ля «ты чего сюда приперлась?». Только Ариана смотрела иначе — с некоторой долей сочувствия. Блондинка поджала губы так, будто унюхала протухшую рыбу. Я послала ей ослепительную улыбку, и она поспешно отвернулась.

— Привет, — решила я быть вежливой и остановилась перед ними.

Повисла пауза — короткая, но достаточно красноречивая. Ариана единственная ответила:

— Привет, Ксара.

Фаермор брезгливо сморщила носик — этакий миниатюрный курносик, созданный специально для демонстрации презрения. Превс хмыкнула, пепельная кудряшка скрестила руки на груди. Блондинка продолжала смотреть в сторону, словно происходящее ее не касалось.

— Я тут всех позабыла, — продолжила я, нимало не смутившись. — Давайте знакомиться заново?

Ариана любезно кивнула и по очереди указала на девиц:

— Гислейн Фаермор. Лайза Превс. Даяна Винтер. И… Илона Мунхарт.

Она помедлила с последнем именем, и ясно почему. Пепельнокудрая моя кузина! А как ее перекосило при представлении, ух. Сразу видно — родственная любовь. Крепкая, как веревка на шее.

— Ой! — Я всплеснула руками с преувеличенным энтузиазмом. — Сестренка, это же ты! Давай обнимемся!

Я шагнула к Илоне с распростертыми объятиями. Та шарахнулась с такой скоростью, будто я была прокаженной. Не дойдя до нее, я картинно вздохнула:

— Ну или не обнимемся.

Илона не удостоила меня ответом. Лайза Превс смерила меня пренебрежительным взглядом с головы до ног и спросила с издевкой:

— Ты чего сюда приперлась, болезная?

— На лекцию, — ответила я жизнерадостно.

Девицы переглянулись — с оттенком недоумения.

В коридоре показались двое мужчин в мантиях. Один в фиолетовой — тощий, как жердь, с важным лицом. Второй в синей — коренастый, с окладистой бородой, в которой виднелись крошки. Студентки встрепенулись, как стайка воробьев при виде котов. Их как ветром сдуло. Гислейн, Лайза и Илона юркнули в пятьдесят вторую аудиторию, значит, второкурсницы. Даяна и Ариана — в мою пятьдесят третью. Я тоже направилась было туда, но тощий препод меня окликнул:

— Эра Ксара, подождите.

Я послушно принялась ждать. Второй препод тем временем скрылся за дверью пятьдесят второй аудитории и захлопнул дверь.

— Да? — продемонстрировала я, что вся во внимании. — Простите, не помню вас по имени. Я вообще мало что помню.

Он обескураженно моргнул. Прокашлялся и представился:

— Ллойд Игривар, преподаватель теории магических наук.

— Очень приятно, — соврала я.

— Вам нужно явиться к ректору, — оповестил он. — К архонту Войраду Райнеру.