Известия Скилицы относятся к одному из эпизодов этого похода. После победы над Лихудом, сообщает автор, Кутулмыш назначил своего племянника Хасана Глухого начальником двадцатитысячного войска и приказал ему покорить Мидию. Хасан через Тавриз и Тефлис вышел к Васпуракану. Правитель Васпуракана Аарон обратился за помощью к Катакалону Кекавмену, который в то время был «катархонтом Ани и Иверии». Применив воинскую хитрость, византийцам удалось разбить тюрок у р. Большой Зав, Хасан Глухой остался на поле боя[1121]. Эта победа, по-видимому, не могла существенным образом повлиять на дальнейшие события — тюрки находились в самом сердце византийских владений в Армении. Положение усугублялось тем еще обстоятельством, что значительные силы были оттянуты с Востока и переброшены в Европу против поднявшего мятеж Льва Торникия[1122].

В 1048 г. тюрки предприняли большой поход под водительством Ибрахима Инала[1123]. «Ливень гнева, — пишет Аристакэс, — залил обширную долину между Басеаном и Карином, а брызги рассыпались по четырем сторонам света — на западе до гавара Халтеац, на севере до Спера и до замков Тайка и Аршаруника, на юге до Тарона и до гавара Хаштеанк, до лесов Хордзеана»[1124]. Спер — седьмой гавар Высокой Армении, располагался по верхнему течению р. Чорох, ныне Испир. Аршаруник — пятый гавар области Айрарат, располагался по левому берегу р. Араке. Хаштеанк — второй гавар Четвертой Армении, располагался по течению Арацани, близ впадения р. Гинек (ныне Гинексу). Хордзеан — первый гавар той же Четвертой Армении, по верхнему и среднему течению р. Мевс Гайл[1125]. В Мананали, пятом гаваре Высокой Армении, вдоль р. Мананали (Тузлу), близ горы, которая называлась Смбатаберд (Смбатова крепость), тюрки учинили беспощадную резню[1126]. Они овладели г. Арцном, но Феодосиополь взять не смогли, хотя, по-видимому, как и в предыдущем году, это было их основной целью. В литературе встречаются указания, что тюрки проникли также в Сюник[1127], но это — заблуждение. Называя «дом Сисака», автор перефразирует армянскую версию Библии[1128], где под Сисаком разумеется древний Вавилон[1129]. Сельджуки прошли западнее Сюника.

Таким образом, тюркские набеги распространились по значительной территории. Если буквально понимать фразу Аристакэса о «втором годе пленения», следует полагать, что по крайней мере часть тюркских отрядов оставалась в Армении с прошлого, 1047 г.

Тюрки собрали огромное войско — Скилица называет цифру 100 тыс.[1130]. Это нашествие должны были отразить отряды Аарона, Кекавмена и Григория Магистра в количестве 60 тыс. воинов[1131]. По призыву императора к ним впоследствии присоединился грузинский князь Липарит, который отложился от царя Баграта IV. Незадолго до этого Липарит признал себя «другом и союзником ромеев» и в этом качестве должен был исполнить свои союзнические обязанности[1132]. Кекавмен предлагал сразиться до того, как противник вступит в византийские пределы, по мнению же Аарона, следовало укрепить города и крепости и оттуда поражать тюрок. Возобладала эта последняя точка зрения. Византийские войска были стянуты в Басеан и здесь ожидали прибытия Липарита[1133]. Тем временем Ибрахим Инал устремился к Арцну. Жители города, рассчитывая на то, что их много, а рядом находится такая могучая крепость, как Феодосиополь, и это убережет их от действий врага, отказывались держаться в стенах своего города. Кекавмен же в своих грамотах настойчиво звал их вернуться в Арци. Когда тюрки подошли к Арцну, горожане загородили улицы и с крыш домов отбивались камнями, дубинами и дротиками. В течение шести дней им удавалось сдерживать неприятеля. Тогда Ибрахим Инал приказал поджечь Арцн, и лишь таким путем ему удалось овладеть городом. Погибло 150 тыс. человек, перед неминуемой гибелью горожане сами бросали своих жен и детей в огонь. Ибрахим Инал захватил в Арцне золото и оружие, коней и вьючных животных, вывел пленных.

Тем временем прибыл со своими отрядами Липарит. Византийские силы были разбиты в сражении, Липарит попал в плен. Скилица называет дату пленения Липарита — 18 сентября Пиндикта суббота[1134]. Но 18 сентября — воскресенье, почему В. Н. Бенешевич и предлагает датировать это сражение 10 сентября 1048 г.[1135]. В. Н. Бенешевич приписывает Аристакэсу датировку 1049 г. Это неверно — из изложения нашего автора явствует, что он относит это событие к осени того же, 1048 г. Э. Хонигман полагает, что Липарит попал в плен в 1049 г., как это значится у Матфея Эдесского[1136]. Так же датирует событие и С. А. Маркарян в своей обстоятельной статье о сражении и в особенности о роли Липарита[1137]. Предпочтение следует отдать Скилице и Аристакэсу, которые датируют 1048 г., не будучи зависимы друг от друга. Действительно, в XI главе «Повествования» ? армянский автор рассказывает о первом большом походе, а, под 497 г. армянского летосчисления (9 марта 1048 — 8 марта 1049 г.) помещает события «второг о года нашего пленения»[1138]. Чуть ниже он возвращается к первому походу, но после фразы: «А на следующий год…»[1139] — говорит о событиях того же, 497 г., включая в их цепь и интересующее нас сражение в Басеане.

Далее тюрки ушли в Окоми, а затем вообще покинули Армению. Аарон вернулся в Ван, Кекавмен — в Ани. Тюрки доставили Липарита в сельджукскую столицу Рей и представили султану в качестве главного трофея. Впоследствии грузинский князь был выкуплен Мономахом, что послужило поводом для начала переговоров между сельджуками и Византией. По мнению С. Т. Еремяна, тюрки в качестве заложника оставили у себя сына Липарита — Рата. Впоследствии этот Рат выступил в качестве проводника тюркских отрядов. Автор считает, что именно Рат, обращенный в ислам, стал основателем государства Данишмендидов с центром в Севастии (ныне Угуми, к северо-востоку от Асан-Кале[1140]). Должен отметить, однако, что о взятии в плен сына Липарита в источниках, насколько мне известно, не говорится. Что же касается конечного вывода С. Т. Еремяна, то, по мнению К. Казна, невозможно, чтобы тюрки, игнорируя хотя бы языковой барьер и обычаи, избрали своим вождем и — более того — сделали героем инородца, хотя бы и обращенного в ислам[1141].

По мнению В. Ф. Минорского, который отталкивается от сведений Скилицы, ромеи были далеки от того, чтобы потерпеть полное поражение. С этим трудно согласиться. Рассказ Скилицы, конечно, основан на официальном рапорте, автор которого стремился скрыть печальные последствия кампании. У Аристакэса же соответствующий раздел озаглавлен: «О великой битве в долине Басеана, в которой ромеи понесли поражение». Но В. Ф. Минорский, по-видимому, прав, считая, что именно на 1049 г. падает экспедиция Никифора, так что уже в следующем году византийцы предприняли ответные действия.

Абу-л-Асвар, сообщает Скилица, нарушил соглашение, заключенное с Константином Сарацином, и Мономах выслал против него отряды под командованием Никифора. Евнух Никифор был монахом, военного опыта не имел, но выбор императора над на него, поскольку он выказал верность Мономаху. Никифор получил звание ректора (в грузинском тексте ликтури). Ромейские отряды двинулись против тюрок, располагавшихся близ Гандзака (ныне Кировабад в Азербайджанской ССР). Но здесь они тюрок не застали, те перебрались в Персармению, а узнав о приближении Никифора, ушли и оттуда. Византийцы вынудили Абу-л-Асвара закрепиться за стенами Двина, они разорили окрестности Гандзака и взяли в качестве заложника Ардашира, племянника Абу-л-Асвара. Этот поход описан и в грузинском летописном своде «Картлис Цховреба», но здесь говорится только об акции против тюрок. Вместе с ромейскими отрядами в походе участвовали грузины во главе с царем Багратом IV[1142].

Жертвой следующего набега на глубинные области Армении стал Карс — столица Ванандского царства. Поход возглавил Кутулмыш, который в эти годы отложился от султана Тогрул-бека и искал пути сближения с византийским императором[1143]. Набег был полной неожиданностью для армян, не было выставлено даже дозорных. Тюрки перебили многих жителей, спаслись лишь те, что скрылись в цитадели[1144]. Тюрки ограбили город, затем подожгли его, унося добычу и взяв пленных. Набег на Карс был предпринят в 1053/54 г., как это явствует из начальных строк XVI главы «Повествования» (нападению на Карс посвящена XV глава). Аристакэс пишет: «После этих событий следующим по нашему летосчислению был год 503-й (8 марта 1054 — 7 марта 1055 г.)». Согласно Аристакэсу, нападение было совершено в ночь на праздник Богоявления, т. е. 6 января 1054 г. С ссылкой на «Историю Армении» М. Чамчяна Э. Прюдом датирует это событие 1050 г., впадая в безусловную ошибку[1145]. Ошибается также Э. Хонигман, считая, что набег на Карс имел место в 1054/55 г., тогда как Скилица, по его мнению, неверно датирует его 1049/50 г.[1146]. В действительности Скилица повествует об осаде Карса при изложении событий 1048–1049 гг.